В Рощино Ник переехал по приглашению своего товарища месяц назад. У Толяна был здесь свой столярный цех, он пообещал взять его на работу и предоставить жильё. До Питера час езды на электричке. Два раза в неделю Ник мотался в город на репетиции, а на выходные бывало, что и оставался там. В Рощино хорошо. Только в центре несколько пятиэтажек и пара супермаркетов, а в остальном частные дома, лес, озеро, свежий воздух… Финский залив не далеко. И никакой суматохи.
В этот день Ник задержался в городе и едва успел на последнюю электричку. Когда прибыл в посёлок было уже темно и маршрутки не ходили. От станции пришлось добираться пешком – около часа ходьбы. В центре он зашёл в “ночник” – взять пивка в дорожку. Пока стоял на кассе, искал по карманам карточку, в магазин зашла симпатичная девчонка странного вида. На голове белый платок, серая кофточка с пуговицами на хрупких плечиках, юбка и черные колготки на стройных ножках. И галоши!
Ник расплатился, уступил место девушке.
– Мне спички, два коробка, – тонким голосом сказала она.
– И всё? – вздёрнув бровь, глянула на неё продавщица.
– Ещё сахару килограмм.
Ник вышел из магазина, закурил и решил подождать на крыльце.
Вскоре появилась она, с пакетом «Пятёрочка» в руке.
– Ты чего одна так поздно ходишь? – внимательно глядя на неё, спросил Ник.
Личико у неё было миловидное. Большие зеленоватые глаза, носик чуть вздернутый, пухленькие губки и чуть заметные веснушки. Да и сама она… Несмотря на нелепую мешковатую кофту и юбку, какая-то стройненькая, аккуратненькая. Это всё он разглядел при свете фонаря, что висел над крыльцом.
– А что? У нас комендантский час? – глядя ему в глаза и как-то уж очень уверенно, ответила она вопросом на вопрос.
– Не боишься? – слегка опешил Ник.
– Кого? – хмыкнула она и начала спускаться с крыльца.
«Та ещё штучка…» – затягиваясь сигаретой, подумал Ник. Он догнал её, пошёл рядом.
– Далеко живёшь, красавица?
– В соседнем доме.
– В смысле? – не понял Ник.
– В смысле – мы соседи, – посмотрела она на него.
– Да? Почему же я тебя раньше не видел?
– Да ты вообще мало чего видишь… – неоднозначно ответила она.
– Меня Ник зовут, – решил он сменить тему.
– Ник – это Николай? – усмехнулась она.
– Нет. Никита, – поправил он.
– Забава.
– Чего ж тут забавного?
Она звонко расхохоталась:
– Ой, ну тебя! Где играешь? – проведя рукой по чехлу с гитарой у него за спиной, спросила она.
– У нас группа в городе. «Айвента» называется. В субботу концерт. Приедешь? – Он докурил, открыл пиво и остановился, что б отпить. Она тоже остановилась, глядя на него в ожидании.
– «Айвента» – красивое название. Рок играете?
– Рок, ритм-энд-блюз… Всякое такое. Так приедешь? – Они двинулись дальше.
– Не смогу. У меня матушка болеет. Присматривать надо.
– Жаль. А чем вообще занимаешься? Учишься, работаешь?
– Учусь на биогеографа заочно.
– Оу! Что-то серьёзное. А я в столярке местной работаю.
– Я знаю.
– Блин! Я тебя первый раз вижу, а ты знаешь где я живу, где работаю. Ты что, следишь за мной? – удивился Ник.
– Больно надо, – отмахнулась она. – Ты бы бухал поменьше, может тоже что-нибудь замечать начал.
Повисло неловкое молчание. Они уже шли по частному сектору, фонарей здесь было мало. Ночами становилось прохладно, народ топил печи и в воздухе витал приятный запах дыма.
– Так ты одна с матушкой живёшь? – нарушил молчание Ник.
– Да, – вздыхая ответила она.
– А я ваще один. Мне Толян свой старый дом в пользование отдал, а сам квартиру в центре снимает.
– Ты знаешь, что Толя раньше тоже пил “по-чёрному”? – вдруг сказала она, посмотрев на него.
– Знаю, – осторожно ответил он. – Но я не знал, что вы знакомы.
– Посёлок маленький, все друг друга более-менее знают.
– Он говорил какая-то знахарка его заколдовала, и он с тех пор не пьёт.
– Ну уж прям так и заколдовала, – улыбнулась девушка. – Просто помогла кое-что понять.
– Да я, знаешь, не особо во всё это верю – отхлёбывая пива, сказал Ник.
– Жаль, – вновь вздохнула девушка.
– А ещё, Толян говорил, что она какой-то женщине остеохондроз вылечила. Типа, что та уже и ходить толком не могла, а знахарка эта её на ноги поставила. И знаешь, чем? Мухоморами! Кормила она её ими, что ли?
– Дурак ты и не лечишься! – фыркнула девушка. – Компресс прикладывают из настоя на мухоморах.
– Всё то ты знаешь! А с чего взяла, что я пью “по-чёрному”? Я ведь и на работу каждый день хожу, и в город постоянно мотаюсь на репетиции и концерты. Песни пишу, музыку сочиняю. По хозяйству дел хватает… – начал рассуждать Ник.
– Да, пока что всё это тебя сдерживает, – перебила она, – но это временно. Ты – творческая, ранимая личность. Одно неприятное событие в жизни – и ты покатишься по наклонной прямиком в ад, сам того не осознавая.
«Да кто ты такая, чёрт возьми!?» – подумал он. – «Ещё жизни меня учить будет, сипетка малолетняя!»
– Не много ли ты на себя берёшь, деточка!? – сказал Ник в слух.
– Ровно столько, сколько смогу вывезти! – дерзко ответила она. – А вообще, мне наплевать – дело твое! Моё дело – предупредить, и то я не обязана! – Она ускорила шаг.
Ник сделал несколько больших глотков и стал догонять её.
– Ладно, извини! Должен признать – ты вообще-то права. У меня сейчас очень хреновая ситуация в жизни. Тяжко мне, короче…
Она чуть замедлилась и посмотрела на него снисходительно:
– Этим, ты только всё усугубляешь.
– У меня вот такое ощущение возникает, будто ты знаешь что-то такое, чего не знаю я, – глядя ей в глаза, сказал он. – Это так?
– Мне от матушки многое передалось. Мне больно видеть, как люди сами себя уничтожают. – Она отвела взгляд и продолжила путь. – А ещё больнее от того, что они не хотят это признавать и не слышат голос разума. И тут уже я бессильна.
Ника вдруг осенило:
– Постой! Так это же про тебя Толян рассказывал!? Это ты та знахарка, да!?
Она ничего не ответила. Они уже подошли к своим домам. Он жил напротив, через дорогу от неё.
– Ты так и не сказала, как тебя зовут! – крикнул ей Ник, когда она заходила в свою калитку.
– За-ба-ва, – слегка улыбнувшись, сказала она и скрылась за забором.
– Да, действительно – забава… – вздыхая прошептал Ник.
Он зашёл к себе в ограду, залпом допил остатки пива, с отвращением глянул на пустую тару, выкинул её.
– Ладно, с этой минуты бросаю пить. Забавы ради.
И он отправился спать. Завтра тяжёлый день.
Войдите, чтобы оставить комментарий