Поглядывая в окно, я думала о том, как поживают мои дети. Я была из небогатой и достаточно бедной семьи, поддержки не имела, денег на существование тоже. На момент разлуки мне было двадцать пять лет, сыну — три года, а дочери — всего полтора.
В углу всё еще валялись игрушки моего Лорана. Он часто играл с ними, а я всегда их убирала — теперь же рука не поднималась. На кухне в раковине стояли тарелки с недоеденной кашей, на столе сиротливо лежали приборы. Всё, что я смогла дать им в тот день, — это шанс не погибнуть от голода. Когда детей уводили, я чувствовала только одно: как всё внутри каменеет. Дышать становилось тяжелее с каждой секундой, будто на грудь положили огромную могильную плиту, которая безжалостно давила, лишая воздуха.
Я рано вышла замуж — в восемнадцать лет. Моему мужу тогда был двадцать один год. Мы любили друг друга еще с детского сада и тогда же, совсем детьми, дали клятву вечной любви. Сейчас это всего лишь теплые, горькие воспоминания, ведь он не так давно ушел из жизни.
Оглядываясь назад, я часто задаюсь вопросом: что было бы, не встреть я его тогда? Наверное, вся моя жизнь была бы одним сплошным серым мучением. Он был моим миром, моим светом, и его смерть стала началом того конца, который в итоге привел меня к дверям приюта.
Он умер во время ограбления магазина. Грабитель, разбрызгивая слюну, кричал на кассиршу и требовал, чтобы та отдала ему все деньги, держа при этом нож в руке. Мой муж обошёл его сзади и хотел отнять оружие, но грабитель от неожиданности потерял равновесие и упал на него. Камилл, мой муж, упал, ударившись головой о кафельный пол. Удар был слишком сильным. Скорая ехала так долго, что в конце концов люди в магазине сами отвезли его в больницу, но было поздно — они опоздали на каких-то десять минут… Кто-то мог бы назвать эту смерть нелепой, но не я. Когда умирает дорогой тебе человек, ты не допускаешь даже мысли о том, что его смерть была глупой.
После его смерти я перестала жить. Каждый день я вставала с мыслью о том, что же будет завтра? Но с его наступление всё оставалось прежним, менялась лишь дата. Дни проходили мучительно долго, атмосфера в доме душила и тянула меня ко дну изо дня в день. У меня не было сил выбраться.
Порой мою голову посещали и другие мысли: “как там сейчас мои дети? Что с ними? “. Но каждый раз я откладывала визит к ним на следующий день. Со временем я узнала, что меня хотят решить родительских прав, но меня это особо не волновало, ведь я знаю, что с детьми всё хорошо. По крайней мере я хотела так думать.
За всё это время я сильно похудела. Лицо постарели лет на 10,на теле появилось какие то пятна, как у мертвеца. Волосы выпали, зубы сгнили. Я даже не могу вспомнить, когда я мылась в последний раз. Смотря иногда в зеркало я думала о том, любил бы меня такой мой Камилл? Но ответ всегда сам по себе витал в воздухе.
Что будет со мной? А с детьми? Когда я увижу своего Камилла? Что ж, пожалуй, я подумаю об этом завтра
Войдите, чтобы оставить комментарий