«Два ангела»

В помещении реанимационного отделения интенсивной терапии был приглушенный свет, как и положено, и только, словно на новогодней ёлке, мигали многочисленные огни приборов, к которым проводами через наклейки-электроды был подключён голый человек, лежащий на кровати, накрытый одеялом. Больше в помещении не было ни одной живой души.

— Ну, как он? — вопрос был задан шёпотом.

— Всё ещё цепляется за жизнь! Похоже, что ты рано явился!

— Окстись! Являются черти, как тебе известно! — А я не явился, а прибыл тебе в помощь, чтобы их отгонять, как мне и предписано по моей должности! Кстати, странно, что мы до сих пор рядом с ним бесовщину не наблюдаем!

— Чего ж тут странного? Они же твари ленивые, а леность — сама по себе — грех, ибо противна заповеди Божией. Стало быть свойственна им! Погоди, как только пациент умрёт, тут же нарисуются!

— Переживаешь за него?

— Да уж конечно: столько лет вместе, почти с рождения! Точнее с Крещения.

— Понимаю! Впрочем дел-то у меня накопилось много, могу вернуться и попозже. Но учти, запишу, как ложный вызов! — пошутил говорящий.

Реакции на его слова от собеседника не последовало.

— Чего молчишь-то, ведь ты же сам меня вызвал? — вопрос звучал уже серьёзно.

— Ну, вызвал! «Реанимация» даже для меня, не говоря уж о простых людях, звучит довольно угрожающе. Многим кажется, что нахождение в отделении реанимации и интенсивной терапии — это такой переходный период между жизнью и смертью, когда шансов вернуться назад совсем немного. Ведь здесь замещают функции отказавших органов и систем организма: если человек не может сам дышать — его подключают к аппарату искусственной вентиляции легких, недостаточно кислорода в крови — подключают аппарат экстракорпоральной мембранной оксигенации, не работают почки — подключают искусственную почку, сердечно-сосудистая система не создает в артериальном русле нужное давление — вводят препараты, поднимающие давление. И много чего ещё.

— Ну, ты, коллега, и поднаторел! Когда успел только? Видать много душ из реанимации забирал и сопровождал к Богу?

Вопрос остался без ответа.

— А тут ещё реаниматолог заявил, что время пошло на часы, а то и на минуты! Вот я и вызвал тебя.

— Хорошо, претензию снимаю! Так как думаешь, он ещё долго протянет?

— Не знаю. Всё в руках Господа Бога!

Умирающий пациент вдруг открыл глаза и стал прислушиваться. Затем потянулся к кнопке вызова дежурной медицинской сестры-анестезиста.

— Кто здесь, сестричка? — слабым голосом спросил он вошедшую женщину.

— Никого нет, миленький!

— А я вот только-что слышал голоса откуда-то сверху.

Сестра машинально посмотрела на потолок.

— Наверное, тебе приснилось это! Тебе пока лучше не разговаривать, не тратить силы, спи.

Пациент послушно закрыл глаза и, видимо, сразу провалился в сон.

Сестра внимательно изучила показания прикроватных мониторов, быстро поправила подушку пациента, заботливо накрыла одеялом, и почти бегом направилась к стеклянной двери с надписью «Реанимация! Вход воспрещён!».

Перед выходом не удержалась, остановилась и непроизвольно взглянула на потолок. После её ухода прерванный диалог продолжился.

— Про вас-то, Ангелов-Хранителей, все верующие знают, а про нас, Встречных Ангелов, — мало кто! А ведь число людских душ по Воздушным мытарствам и на поклонение к Господу мы вместе проводим одинаково! Несправедливо это как-то!

— Дело тут вот в чём. Мы оба выполняем важные функции, вот только Ангел-Хранитель ассоциируется у обычного человека с добродетельной жизнью, а Встречный Ангел — со смертью, что, естественно, пугает. А думать о том, что пугает, люди не любят!

— Да и объём работы у нас разный! Если бы не было Ангелов-Хранителей и наставников у людей добрых, благочестивых, тогда демоны истребили бы весь род человеческий. Ангел-Хранитель дается человеку при Крещении и сопровождает его всю жизнь, а Встречный Ангел приходит только в момент кончины, чтобы встретить душу при выходе из тела и сопроводить её в загробную жизнь вместе с Ангелом-Хранителем.

— К тому же, после Суда Божия, если человеку суждено будет остаться с Богом, Ангел-Хранитель не покинет его и будет сопровождать всю вечность как верный друг. Вот и желают люди друг-другу надёжного Ангела-Хранителя, который был бы всегда рядом, чтобы человек не согрешил. На это доброе пожелание следует отвечать: «Невидимо предстоит. Спаси Господи!».

— Ну, ты, Ангел-Хранитель, мне целую лекцию прочитал. Впрочем, с доводами твоими вынужден согласиться.

Диалог в очередной раз прервался: стеклянная дверь открылась и в помещение почти вбежал врач-реаниматолог в сопровождении дежурной сестры. Он с удивлением долго и внимательно смотрел на показания приборов.

— Поразительно, но многие жизненно важные функции восстановились. Похоже, что я ошибся в своём прогнозе и наш пациент выкарабкается! — обратился он к сестре.

Ангел-Хранитель заулыбался и с удовлетворением отметил, что сестра после слов реаниматолога закрыла глаза и, шевеля что-то губами, перекрестилась.

— Видишь? Он будет жить, а значит мы с тобой стали свидетелями чуда!

— Чуда? Но его совершили врачи! Это значит, что мы с тобой вообще ничего не решаем! Выходит, что я здесь — уж точно лишний!

— Ты не лишний! — мягко возразил Ангел-Хранитель. — Просто иногда чудеся случаются!

— А мне от этого не жарко, и не холодно, потому что я всё равно знаю, что наступит время, и я приду за ним снова!

— Чудеса… — Встречный Ангел фыркнул, и в этом звуке было столько усталости, что даже воздух в палате будто потяжелел. — Ты всё время ждёшь чудес, а я жду неизбежности. Ты видишь свет, а я вижу тень, которая всегда тянется следом. И знаешь, что хуже всего? Ты радуешься, когда свет побеждает, а мне потом приходится вести эту душу туда, где света почти нет.

— Но ведь я тоже буду с ней! Мы пойдём вместе!

— Да! Но она будет дрожать и прижиматься к тебе, а на меня смотреть с ужасом. Потому что ты — её надежда, а я — её конец. Разве ты не видишь, как это несправедливо?

Ангел‑Хранитель хотел было снова возразить, но вдруг понял, что спорить тут не о чем: они оба правы, и от этой правды обоим было больно. — Я не думал об этом так, — признался он тихо.

— Вот и не думай, — буркнул Встречный Ангел.

— Ладно… Похоже мне здесь далее оставаться бессмысленно! — заявил Встречный Ангел. — Пора спешить на встречу к другой душе. Как говорится: “Ни пуха, ни пера!”.

— Ты что, ненормальный? — Ангел-Хранитель взвился и аж захлопал крыльями от возмущения.

— Даже человеку недопустимо желать “Ни пуха, ни пера”, а мне — тем более. Это выражение было внедрено противниками Бога как изгнание от человека Ангела-Хранителя. Известный ответ “к черту” — согласие человека на выбор “иного” спутника себе. Догадываешься какого?

— Ладно-ладно! Признаю, сказал глупость! Давай не будем ссориться! — промямлил Встречный Ангел и тут же растворился.

Может быть, именно поток воздуха, поднятый крыльями Ангела-Хранителя, заставил открыть глаза пациента и обратиться к реаниматологу.

— Доктор, я только что видел своего Ангела-Хранителя, — тихо сказал он с трудом шевеля пересохшими губами.

Доктор и сестра молча смотрели на него.

— Вы мне не верите?

— Ну, почему же? В нашем отделении такое часто встречается! — улыбнулся врач.

— Он — очень красивый! И сказал, что я буду ещё долго жить!

По щеке Ангела-Хранителя потекла слеза…