Сценка: «Тот самый звонок»
Темнота. Слышно только тяжёлое, прерывистое дыхание Макса. Камера медленно выезжает из темноты на стол: там снова лежит разглаженный листок. Ровно по центру. Рядом — свежий отпечаток, будто палец только что убрали.
Внезапно — резкий, слишком громкий звук обычного телефонного звонка. Не зловещий рингтон, а старомодный, механический «дзынь-дзынь», как в старых квартирах. Макс вздрагивает так, что чуть не падает со стула.
Макс (хрипло, сам себе):
— Это… это просто звонок. Кто-то ошибся номером. Сейчас сбросят.
Он смотрит на старый проводной телефон на стене. Трубка висит, но аппарат мигает тусклой красной лампочкой — как глаз. Звонок не прекращается. Звук давит на уши.
Макс (шепчет):
— Не бери. Не надо.
Звонок обрывается. Тишина. Макс выдыхает, плечи опускаются. Он тянется к листку, чтобы схватить его и сжечь, но…
Снова звонок. Тот же «дзынь-дзынь». Макс замирает.
— Алло? — (голос срывается) Кто это?
Тишина в трубке. Не гудков, не помех — а именно тишина. Такая плотная, будто там кто-то стоит и дышит, но очень-очень тихо, чтобы Макс не услышал. И всё же… Макс слышит. Слышит этот сдерживаемый выдох.
— Эй? Если это розыгрыш, это не смешно!
Из трубки — не голос, а шёпот. Очень тихий, но абсолютно чёткий, будто говорят прямо в ухо, а не через динамик. И фраза звучит не как вопрос, а как констатация факта.
Голос из трубки (шёпотом, без эмоций):
— Ты ведь дочитал.
Макс роняет трубку. Она висит на проводе, раскачиваясь, и издаёт тонкий, жалобный скрип. Телефон не отключается. Он продолжает молчать. И в этой тишине Макс вдруг понимает: на листке, лежащем на столе, последняя строчка изменилась. Там, где было «Твой рецензент», теперь написано: «Я всё ещё здесь».
Отпечаток пальца на бумаге начинает медленно темнеть, будто заполняется свежей краской.
Звук — один короткий, сухой щелчок, как будто закрылась дверь в комнате, где никого не должно быть…
Войдите, чтобы оставить комментарий