Тетка Настя… Ну, её все так в деревне зовут. В общем, она шла по улице и увидела возле соседского дома мотоцикл «Урал» с коляской. Эта самая коляска была загружена до верху, и возле нее суетилась Наталья, жена хозяина дома Николая.
Тетка Настя остановилась и спросила: «Вы куда собрались-то? Не уж-то уезжаете?»
– В райцентре гуманитарный конвой собирают, для наших солдат. – Пояснила Наталья. – Два автомобиля уже подогнали. Люди вещи несут. Вот и мы с Николаем собрали, что полезного для бойцов в нашем доме нашли. Сейчас повезем.
Тут и Николай вышел. «А что послать-то солдатам можно?» – спросила его тетка Настя.
– Теплую одежду, белье, продукты, – ответил ей Николай.
Тетка Настя пришла в свой дом, присела у стола в горнице. «А я, что в стороне, что-ли? – размышляла она. – А чего я нашим солдатикам на войну могу послать. Пенсия двенадцать тысяч рублей. От неё у меня осталось пять тысяч рублей. Чё на эти деньги купишь. И в доме хоть шаром покати».
Потом она вдруг вспомнила, что можно на войну нашим солдатам отправить, и полезла в погреб. Далеко ходить не надо, погреб под горницей. Откинула крышку и полезла в погреб. Тетка Настя набрала ведро картошки, выволокла его из погреба в горницу. Лазила она туда-сюда раз десять. Наполнила мешок, который загодя приготовила, картошкой, и завязала тесёмкой. Затем потащила мешок на двор, санки из сарайки выкатила и через силу уложила поклажу. Семьдесят пять все-таки уже в прошлом году стукнуло, а мешок килограммов пятьдесят получился.
Тетка Настя потащила санки в райцентр. До него километров восемь, а дорога не чищеная. Минут через тридцать тетка Настя решила передохнуть. Присела на мешок с картошкой, и показалось ей, что она сделала чего-то не так. «Ну, да, – припомнила она, – письмо-то солдатикам не написала. А еще надо было дедову телогрейку приложить к картошке. Он в ней с войны вернулся. Она его грела, а может быть и спасала. Ничего, что один рукав обожженный. Не до дыры же прогорела. Мать эту телогрейку в шкафу хранила, на плечики повесила. Дед давно уже как помер. А мама в День Победы вытаскивала эту телогрейку, на видное место вешала. Да, надо телогрейку солдатам отправить. Может она кого-то согреет, а может даже спасет от смерти».
Тетка Настя потащила санки в другую сторону, к дому. Телогрейку она вытащила из шкафа, уложила в пакет. Затем тетка Настя зажгла свечку, что стояла на столе. Электричества в деревне не было уже два дня. Затем она вырвала листок из тетради и села писать письмо.
«Дорогие солдаты! Я, Анастасия Павловна Николаева, передаю Вам свою, посильную мне помощь: мешок картошки и телогрейку. Может эта телогрейка, кому- то из вас пригодится. В этой телогрейке мой дед воевал с фашистами, в ней и домой пришел. Храни вас Бог! Возвращайтесь живыми. А если, кому ехать некуда, так приезжайте ко мне. Я одна живу, никого у меня не осталось, все уже померли. Дом, хоть и не большой, а есть. Нужник, правда, на улице. Воду таскаю из колодца. А огород у меня большой. Зарос, конечно, а картошку, капусту, тыкву я сажаю. Малина вдоль забора всё заполонила. Я и варенье варю. В общем, жить можно».
Тетка Настя посидела еще над письмом. Потом решила потащить санки завтра утром, как рассвет придет. «А, – вспомнила она, – надо адрес в письме написать, – вдруг конверт затеряется». Потом еще раз перечитала письмо и дописала: « Приезжайте. Буду вашей мамой».
Александр Плотников, полковник в отставке
Войдите, чтобы оставить комментарий