– Доктор, умоляю, скажите честно: я буду жить?!
– Как вам сказать, молодой человек… есть разные варианты.
Глава 1. Неприятности множатся
С некоторых пор меня мучает один близко касающийся вопрос: как относиться к тому дару, который окончательно сросся с организмом в ночь Хэллоуина? Хотя есть большие сомнения насчёт дара. Скорее, проклятие, нежданно-негаданно свалившееся на неповинную голову. Конечно, к милым и пушистым себя никогда не причислял, но и злобным неуправляемым чудовищем не был. По крайней мере, никто не жаловался. А вдруг страшились неадекватной реакции, подозревая жуткую сущность в обычном жителе провинциального городка? Какой бред, Анатолий Васильевич, приходит в неразумное вместилище мыслей, называемое в просторечии головой! Анатолий Васильевич – это многострадальный и незаслуженно обиженный я, пишущий эти строки. Надеюсь убедительно доказать, что всё вышеизложенное действительно пало на невиновного человека. Хотя… уже начинаю сомневаться и в этом. Некоторые приобретённые особенности психики не относят к распространённым способностям. Например, умение видеть в кромешной тьме как в ясный день. Или прорезавшееся видение печати смерти на человеке. Теперь могу с полной очевидностью констатировать, что стоящий передо мной индивид скоро покинет наш мир. Ощущаю подобное всем телом, будто электрический разряд. Кстати, сами люди перед своим уходом начинают чувствовать непереносимую вонь в моём присутствии, которую не замечают остальные.
Отношения с животными тоже стали сложными. Некоторые, например, собаки, на дух не переносят, рычат, пытаются укусить или прячутся и убегают. Кошачье племя реагирует более… индифферентно. Кто-то избегает, другим просто наплевать. Мол, видали мы таких некромантов на рынке, пять рублей за сотню, а мы не взяли, так как бесполезен в хозяйстве. По крайней мере эти высокомерные морды смотрят на меня с пофигизмом, лишь бы руки не распускал. Мало ли какую заразу принесёт с кладбища, вылизывайся потом. Брезгливые твари! Да, я зол! Понимаю, что глупо, но как увижу хвостатую шкуру, так и хочется… Что-то я совсем разошёлся, а ведь хотел показать себя жертвой обстоятельств.
Кстати, о жертвах. Кажется, в ближайшее время прочувствую это состояние на себе. Вот скажите честно, как вы относитесь к семейной хронике? Никогда не понимал стремления некоторых возиться с покрытым пылью веков никому не нужным хламом. Может, кому-то и нравится копаться в отходах прошлого, но я совершенно не разделяю подобного энтузиазма. Возмущает другое: это их личный бзик, причём здесь я? А ведь именно разбором всяческих бумажек предстоит заняться на досуге. Как ни пытался отвертеться от навязанной участи, ничего не вышло, хотя старался как мог. И придётся ехать в Богом забытое место, чтобы приобщиться к тайнам нашего рода. А проще говоря – отыскать, если получится, любые документы, имеющие отношение к семье. На закономерные вопросы, кому это надо и почему вдруг озаботились историческими изысканиями сейчас, вразумительного ответа не получил. Поисковая экспедиция назначена на ближайшие выходные. Ещё один жирный минус в копилку моего недовольства. Однако, оценив альтернативный вариант в виде домашнего фронта работ, проникся и больше не возражал.
– Что там хоть надо искать? – спросил у родителей в пятницу. Надо же примерно оценить масштаб грозящего несчастья.
– В первую очередь любые свидетельства, относящиеся к фамилии Невмерущенко.
– Что? – я оторвался от ноутбука и, вытаращив глаза, которые, кстати, так и остались чёрными, посмотрел на отца. – Серьёзно? И какое отношение этот странный тип имеет к нашей семье?
– Вообще-то это наша родовая фамилия, – ошарашили меня ещё больше.
– Ни…чего себе! – запнулся, хотелось выразиться по-другому, но сдержался. – Надеюсь, шутишь? А почему тогда мы – Живины?
– Давняя история, не знаю почему, но твой дед поменял фамилию и всегда уклонялся от расспросов, хотя его спрашивали об этом, и не раз.
– Ничего удивительного, – говорю, – на его месте любой захотел бы избавиться от несуразной фамилии. Кстати, что она означает?
– Без понятия, об этом тоже запрещалось спрашивать.
– Наверно, вспоминать лишний раз не хотел.
Вот и вся скудная информация, которую получил. А завтра – в путь.
Хотелось бы сказать, что утро вечера мудренее, но в эту пословицу после всех неприятностей я уже не верю. Однако выспаться не помешает, на свежую голову умные мысли чаще нападают. Решение принято и обжалованию не подлежит. Зевнул и отправился по заданному самому себе маршруту.
Глава 2. Глотая пыль веков…
Утро выдалось хмурым и серым, как и моё настроение. Или наоборот, тоже верно. Облака тёмно-серой массой давили на психику, обледенелые деревья с чёрными голыми ветвями тянулись к неразумным прохожим, норовя задушить и поглотить. Что за чушь лезет в голову, разозлился на себя. Отвернулся от окна и пошёл завтракать. Проходя мимо зеркала, привычно отвёл глаза. Внешность так и не пришла в норму, предыдущий облик, кажется, покинул навсегда. Как ни странно, перемены никого не испугали. Родители слегка удивились, но приняли эти изменения довольно спокойно, а среди противоположного пола я внезапно стал пользоваться повышенной популярностью, чего раньше не наблюдалось. Друзья даже немного завидовали. Оставалось только втихомолку удивляться происходящему. Так что понемногу смирился.
Сборы были недолгими, и через непродолжительное время уже пылил в заданном направлении. Почему “пылил”? Странный вопрос для жителя российской глубинки, поддерживающего отечественную промышленность. Когда транспортное средство с пугающей периодичностью требует ремонта и очень бережного отношения даже после непродолжительных поездок, как китайская ваза эпохи Мин… Продолжать, я думаю, не стоит. “Дорожную пыль глотая, трупы идут, напевая”, – взвыло Авторадио. Какой дурак сочиняет подобные тексты, объясните хоть кто-нибудь. Настроение упорно не хотело радовать, ведь цель путешествия маячила в необозримой туманной дали. Предстояло хорошенько протрясти кости на ухабах в Богом забытом селе с милым названием Чахлое. Через два часа впереди показался населённый пункт. Тот самый, судя по указателю. Облегчённо выдохнув, свернул и поехал по просёлочной дороге. Правда, это убожество следовало назвать как-то иначе. Строений пока не наблюдалось от слова совсем. Если, конечно, не считать могильные памятники, маячившие в отдалении. После злополучного Хэллоуина электроника отказывалась со мной сотрудничать, поэтому подсказок от навигатора ждать не приходилось. Поколесив ещё немного по пустынной местности и не заметив ни одного живого существа, я собирался уже повернуть обратно, наплевав на семейные тайны. Однако везение наконец-то повернулось лицом, а не другой частью тела, упоминаемой обычно в более пренебрежительном тоне. Вдалеке скособочилась какая-то развалюха. За неимением других вариантов решил считать её родовым гнездом. Интуиция не подвела. Вблизи дом производил угнетающее впечатление полуразложившегося трупа. Снова ловлю себя на несвойственных мне ранее ассоциациях. Тема загробного мира всё чаще вторгается в мысли, становясь неотъемлемой частью новой жизни. И это очень удручает.
Идея побродить по развалинам и надышаться пылью веков не вдохновляла совершенно. Внимательно смотря под ноги, чтобы ненароком не зацепить какую-нибудь пакость или, ещё хуже, не переломать себе конечности, подошёл к открытому дверному проёму. Сама деревяшка уже давно рассыпалась в труху, внутри помещения царила темнота. Раньше в таких случаях нужен был фонарь или любой другой источник света, но теперь подобные мелочи не составляли для меня проблемы. Я прекрасно ориентировался в окружающем пространстве, мог читать и писать без света, не испытывая при этом никаких неудобств. Комната, в которой находился, оказалась чем-то вроде коридора с насквозь прогнившими половицами, из-под которых при каждом шаге поднималась пыль вперемешку с землёй. Пройдя дальше, заметил странное сооружение. Присмотрелся и обомлел. Это же старинная печь! И, что удивительно, на мой дилетантский взгляд, этот чудо-агрегат вполне исправен. По крайней мере, выглядит вполне работоспособным для своего солидного возраста. Интересно, сколько лет этому дому?
Иду дальше. Под ногами трухлявые доски вперемешку с глиной и песком. Паучьи сети достигают просто невиданных размеров, а сами хозяева узорчатых нитей спрятались в глубине, настороженно всматриваясь в незваного гостя. Я всей кожей ощущаю злобные немигающие взгляды. Запах плесени, зелёной вязью растёкшейся по стенам, вызывал першение в горле и желание выплюнуть скопившуюся мерзость. Какой-то частью рассудка начинаю понимать привычки верблюдов. Природные инстинкты иногда полезны, признаю. Пусто, тихо и воняет гнильём. Где же искать эти чёртовы бумаги?
Прохожу в следующую комнату. Двери, естественно, давно пошли на корм всяким жучкам-древоточцам. Та же самая картина запустения. Кажется, всё… Нет, постой-ка. А что находится за неприметной серо-бурой занавеской? Откидываю её в сторону, распугав исконных жителей дырявой ткани. И застываю на месте, с удивлением рассматривая обстановку. Посреди помещения расположен вполне крепкий на вид стол без признаков гниения. Из морёного дуба он, что ли? Если до сих пор не рассыпался под действием времени. Огромный шкаф, грубо сработанный, но прочный. Гладкая обтёсанная колода у стены, напоминающая небольшой бочонок. Но самое главное, что поразило и ввело в ступор – большое старинное зеркало в дальнем от меня углу в резной раме. Оно смутно блестело во мраке, притягивая и будто приглашая подойти ближе, что я и сделал, не в силах сдержать естественное любопытство.
Вблизи заметнее стала одна непонятная деталь: то, что я принял за украшение, оказалось какими-то символами. Чёрточки, линии переплетались не в хаотичном узоре, а шли вокруг рамы стройными рядами как письмо. Постояв какое-то время с умным видом и ничего не добившись от бесцельного созерцания неизвестных закорючек, пожал плечами и решил начать поиски бумаг со стола. Вдруг здесь имеется потайной ящик? От этой древности что угодно можно ожидать.
Подтащив колоду к столу, устроился на импровизированном табурете и приступил к бессистемным розыскам. Кое-какого успеха удалось добиться. Секретный ящичек здесь действительно имелся, и я неожиданно стал владельцем пожелтевших обтрёпанных листов, заполненных неразборчивым почерком. К каждой букве прилагалась завитушка и на концах некоторых слов можно было увидеть что-то вроде твёрдого знака. Попытался разобрать смысл коряво написанного текста, но не преуспел. Значит, шифровальщиком не стоит и пытаться работать. Ну и ладно, переживу. А, вернувшись домой, обязательно покажу эту тайнопись. Пусть родители полюбуются на эти каракули и наконец уяснят себе тот факт, что у их сына далеко не самый ужасный почерк в мире, как они до сих пор утверждали. Решено.
Увлёкшись попытками разобрать написанное и мыслями о достойном ответе на обвинения в неспособности к каллиграфии, не сразу расслышал чей-то тихий смешок. Пока осознание случившегося проникало в мозг, за спиной кто-то произнёс ехидным тоном:
– Ну, здравствуй, правнук!
Глава 3. Родственников не перебирают! (из кулинарной книги семьи каннибалов)
Я медленно обернулся. И не поверил глазам. В зеркале маячила призрачная фигура какого-то старикашки. Лысый череп, маленькие глазки, как буравчиком впившиеся в моё лицо, тонкие губы, сложенные в неприятную ухмылку. И въедливый как бормашина голос. Да уж, “красавчик”, нечего сказать.
– Ты кто? – оторопело спрашиваю у нежданного гостя.
– Кто-кто, – ворчливо отвечают мне. – Я же только что представился: твой пра… не будем уточнять сколько дедушка.
– Что?! А разве ты не должен сейчас находиться в другом месте, более соответствующем такому старому пню? И вообще, докажи сначала, что мы родственники. Почему я должен верить какой-то мумии? Имеется хоть какой-нибудь документ, семейный альбом или что-нибудь в этом роде?
Призрака даже перекосило от негодования. Сам видел: качнулся вправо-влево, затем пронзительно завопил:
– Недостойный потомок нашего древнего рода!
Вот это да! Может, я дворянин в …дцатом поколении и не подозреваю о своём благородном происхождении? Тут взгляд упал на замухрышку прадеда, если не врёт, конечно, о нашем родстве, и надежда стухла, не дав ростки. Не с такой рожей записываться в аристократы. Эх… А дед между тем продолжал вопить:
– Наши корни уходят в глубь веков!
Тут я опять насторожился. Мало ли…
– Мы отмечены самим Чернобогом!
Кличка ничего мне не говорила. Но, судя по тому, с каким придыханием её произносили, понял, что мужик имел авторитет… когда-то. А прадед всё завывал:
– Ощути гордость за кровь, текущую в жилах. Нам подвластны могучие силы, неведомые жалким смертным!
– Это какие же? – скептически интересуюсь. – Завывать из зеркал?
Кажется, довёл прадеда до точки кипения. Он забулькал от негодования, как древний самовар, с которым они должны быть ровесниками, если ничего не путаю. Не силён в истории, честно.
– Стоеросовый болван! – пробулькавшись, завизжал незнакомый дед, так упорно набивавшийся в родственники. Мог бы и повежливее с роднёй. Я, например, тоже не в восторге от такого психованного типа.
– Разве ты, неразумное чадо, до сих пор не заметил тайных символов, понятных лишь посвящённым в чернокнижие? Мощь, заключённая в них, способна повелевать миром Нави!
– Если речь о тех непонятных крючках, которые ты называешь символами, – я презрительно хлопнул по стопке бумаг, лежавшей на столе, – то повелевать они могут только головной болью и ухудшением зрения для нормальных людей. Кстати, что это за мир чудной – Навь? Никогда не слышал о такой стране. Нет её на карте, можешь мне поверить.
– О, какое невежество! – простонал чудаковатый старикашка. – И этот олух – моя кровь и плоть!
– Полегче там насчёт олуха, – говорю. – Напоминаю, что ты сам настаиваешь на якобы родственных узах. Лично я не навязывался и даже не подозревал о твоём существовании до сегодняшнего дня. Заберу эту рухлядь, которая зачем-то понадобилась отцу, передам ему заплесневелые бумажки – и больше мы не увидимся, дедуля. Продолжай торчать в зеркале, если это занятие кажется тебе таким увлекательным. И даже не надейся на дальнейшую встречу. Надоел!
Я ожидал чего угодно. Обиды, криков, оскорблений, злости и так далее. Но в составленном списке не нашлось места хохоту. Этот мерзкий старикашка буквально трясся от безудержного смеха, повизгивая от переполнявших его чувств. Недоумённо смотрю на нелепую картину. Совсем, что ли, умом тронулся?
Наконец он отсмеялся и соизволил обратить внимание на изумление своего правнука, который с недовольным видом смотрел на веселящегося родственника.
– Да-а, давненько я так не смеялся.
– И это называется смехом? Да ты ржал как конь! – с негодованием говорю ему.
– Имей уважение к старшим, – строго одёрнули меня. – А причина для радости действительно есть. И она наполняет всё моё призрачное существо восторгом! Кстати, ты играешь ключевую роль в моих планах.
– Обойдёшься без меня!
Я решительно отказываюсь иметь какое-либо дело с этим сомнительным типом и собираюсь уходить. Хватит на сегодня экстремальных впечатлений и неожиданных откровений. Заберу пачку бумаг и больше сюда ни ногой.
– Стой! – раздаётся повелительный голос.
И, к собственному удивлению, застываю на месте, не в силах идти далее. Что происходит?!
Глава 4. Под грузом семейного наследия
– А теперь поговорим серьёзно.
Голос призрака изменился, в нём проскользнули новые интонации, насторожившие каким-то зловещим звучанием.
– Твоё появление здесь не случайно. Так и было задумано задолго до твоего появления на свет. Скажи, что известно о нашей семье, её корнях и традициях?
– Никогда не интересовался, – пожимаю плечами.
– Так внемли же моим словам и возрадуйся, ибо ты принадлежишь к избранным! Знай, что все поколения нашего рода отмечены особым даром: мы способны управлять мёртвой плотью, используя её по нашему желанию и усмотрению. Подобное стало возможным благодаря древнему договору с самим Чернобогом. Он дал нам власть над теми, кто ушёл за грань, взамен обязал служить ему после упокоения. Потомки рода Невмерущенко неукоснительно соблюдали эту договорённость и обладали могуществом, которое и не снилось обычным людям.
– Так что, – говорю, – значит, мертвяки нам подчиняются?
Прадед поморщился.
– Что ж, снисходя к твоему полнейшему невежеству и неразвитым в полной мере способностям, отвечаю: да, мертвяки, как ты упрощённо выразился, действительно находятся в нашей полной власти. Безграничное абсолютное подчинение – что может быть выше и лучше?! Я – самый могущественный чернокнижник за последние столетия, знания мои обширны, разум и воля несокрушимы. И поверь, недалёк тот час, когда люди познают, сколь велика эта сила! Моим деяниям содрогнётся мир!
Я не верил своим ушам. Мало того, что этот засушенный сморчок обозвал меня слабоумным (снизошёл он, видите ли!), так у него ещё и честолюбие зашкаливает до гигантских размеров. По сравнению с ним Наполеон и остальные завоеватели древности кажутся пигмеями с ограниченным кругозором и отсутствием воображения.
А ополоумевший не иначе как от долгого одиночества родственничек продолжал просвещать своего необразованного потомка:
– Однако для воплощения великих замыслов мне необходимо физическое тело. И тут в игру вступаешь ты.
– В каком смысле? – не понял я. – Уж не собираешься ли сделать из меня убийцу? Думаешь, буду поставлять трупы пачками, на родственных началах, так сказать?
Предок тяжело вздохнул.
– Хорошо, объясню проще, ведь твоё невежество поистине не имеет границ.
И снова этот снисходительный тон. Как же он меня бесит!
– Как я уже говорил ранее, все потомки нашего рода после завершения своего земного существования переходят в услужение к Чернобогу. Но век человеческий слишком короток, чтобы я смог воплотить все свои замыслы. Разве за какие-то жалкие 113 лет, которые прожил…
– Неплохо ты небо покоптил, – не удержался и перебил зануду-предка.
Он покосился на меня, но ничего не сказал и продолжил:
– Накопив достаточно опыта и сил, я стал искать способ отсрочить свой неизбежный уход. Приобретённые знания открыли лазейку, благодаря которой можно продлить пребывание в этом мире.
Поневоле заинтересовался.
– И как же? – спрашиваю.
– Если кто-то другой нашей крови уйдёт в услужение вместо своего родственника.
Тупо молчу.
– Не понял? – усмехается призрак. – А на самом деле всё очень просто. Можно сделать замену, кровь-то одна. То есть я остаюсь жить здесь, а кто-то занимает моё место у трона Чернобога.
– То есть умирает вместо тебя? – ошарашено выдыхаю.
– Именно. Для этого существует специальный ритуал обмена телами в ночь на 31 декабря.
Пока стоял, переваривая информацию, дед вещал:
– Мой сын наотрез отказался от нашего семейного наследия. Он не захотел принимать участие в омерзительном колдовстве, как выразился. Болван! Отринуть могущество и вести обычную жизнь презренного холопа! Тогда как по праву рождения он мог бы повелевать!
К концу речи старик возвысил голос, возмущаясь тупоумием собственного отпрыска, не пожелавшего продолжить славное семейное дело.
– Может, он просто хотел ещё пожить? – ядовито говорю зарвавшемуся старикашке.
– Прошка полностью порвал с нашими корнями, отказавшись носить фамилию Невмерущенко! – никак не успокаивался дед.
– Ничего удивительного, – не удержался от ехидной реплики. – Дурацкая фамилия, как и весь ваш бизнес ритуальных услуг. Кстати, что она означает?
– Даже этого не знаешь? Неужели никогда не доводилось слышать о Кащее Бессмертном?
– При чём здесь персонаж детских сказок?
– Дубина! Чахлик Невмерущий – это и есть другое наименование Кащея Бессмертного, сына Чернобога и повелителя Нави, то есть загробного мира. Он владыка царства мёртвых. А его жена Морана – богиня зимы и ночных кошмаров. К ним я и собираюсь обратиться во время проведения ритуала, через который получу настоящее тело и наконец смогу вырваться из этого унизительного призрачного состояния. А ты мне в этом поможешь.
– Не горю желанием участвовать в сомнительных делишках. С меня хватит и того, во что вляпался перед Хэллоуином. Одни проблемы и никакой пользы. Проклятое невезение!
– Невезение, говоришь? – усмехается родственничек. – Ничего подобного, всё так и было задумано. А исполнителей легко найти, было бы желание.
– В каком смысле?
Я уже окончательно запутался во всех этих суевериях.
– Что ж, пришло время прояснить некоторые события. Мой сын, как я уже говорил, отказался от родовой силы, но она никуда не ушла и по-прежнему доступна его потомкам. Её можно пробудить посредством ритуала, чтобы дар проснулся и раскрылся в полной мере. Разумеется, без специальных знаний это невозможно, учитывая ещё и то, что само действие имеет смысл только в високосные годы. Активируется дар, как ты уже, надеюсь, понял, через кровь. Затем идёт трансформация тела и разума к проявившимся способностям. Сам я, не являясь в данный момент материальным объектом, не смог бы выполнить все положенные действия, поэтому воспользовался для своих целей малолетними недоумками, воображающими себя великими колдунами. Подчинить их разум и волю оказалось очень легко. Они сделали всю черновую работу, подчиняясь моим указаниям.
– Подожди, – перебиваю обрушившийся на мою бедную голову поток неожиданных откровений, – а как ты узнал, что я окажусь в том месте и, как последний дурак, вляпаюсь в подобную гадость? Я мог бы не увидеть пентаграмму или просто мимо пройти, как и следовало поступить разумному человеку. Зачем только я во всё это влез!
– Нет, – отвечает прадед, – мимо ты пройти не мог. Заклинание было настроено на родственную кровь. Это она тебя позвала и втянула в ритуальный круг. И неважно, где находился до этого, всё равно притянуло бы к себе. А затем пробудился дар, который начал преобразовывать тело. Мне оставалось только ждать, когда дар полностью приживётся и приведёт ко мне далёкого потомка. Все события начали складываться так, чтобы завлечь тебя к нашему родовому гнезду. Кровь не водица!
И старикашка опять мерзко захихикал.
А я вспомнил, как удивлялся тому обстоятельству, что отец, ранее не помышлявший ни о чём подобном, вдруг воспылал непонятным интересом к генеалогическому древу. И перед самым Новым годом! Как будто другой даты нет. К чему такая спешка? Ах, да, что-то такое прадед говорил про обмен телами… ЧТО?!
Решил немедленно проверить ужасающую догадку. Не может быть, так не бывает, это просто антинаучный бред измученного дорогой организма. Галлюцинации, короче. И всё же…
– Послушай, – говорю свихнувшемуся предку, маячившему в зеркальном отражении, – зачем я-то понадобился? Затея удалась, правнук, сам того не желая, явился на зов. И что дальше?
– Очень просто, – пожимает плечами этот интриган. – Далее я овладеваю твоим разумом и волей, подчиняя их себе, совершаю необходимый ритуал на месте своего захоронения, которое, кстати, находится неподалёку отсюда, на заброшенном кладбище, и вселяюсь в твоё молодое и здоровое тело. А ты отправляешься в услужение к Кащею.
– То есть я после всех манипуляций должен буду умереть? – спрашиваю упавшим голосом, похолодев от нехорошего предчувствия.
–Для этого мира, в котором мы сейчас, – да. Проявленный мир – Явь – только для живых. А Навь, где, собственно, и правят Кащей с Мораной, служит для упокоения умерших.
Глава 5. Хуже не придумаешь? Опасная самоуверенность, не работающая с безумцами
Я стоял, потрясённый услышанным, ощущая себя так, будто на голову неожиданно рухнула крыша, осыпав обломками черепицы и известковой пылью. ТАКОГО развития событий не мог предположить даже в прошлых кошмарных сновидениях. Потом, очнувшись от ступора, жутко разозлился. Не так представлял знакомство с роднёй, пусть и дальней пра-пра-пра-сколько там ещё раз. Проклятый колдун! Все приличные покойники спокойно разлагаются в гробах, а этот упырь нормальным людям жизнь портит! Властвовать он, видите ли, хочет, завоевателем себя мнит. Отправлю возгордившегося чернокнижника туда, где уже давно заждались его не в меру расшалившийся дух, да ещё и плюну вслед. И никакие родственные чувства не остановят!
Накопившиеся гнев и раздражение вылил на молча слушавшего прадеда. Презрительно скривившись, он спросил:
– Неужели…э-э-э… как тебя, кстати, прозывают по батюшке?
– По батюшке я и сам могу обозвать кого угодно, и по матушке тоже. А с рождения назвали Анатолием Васильевичем. Правда, с фамилией не повезло. Кем надо быть, чтобы взять фамилию покойника из народного фольклора! Правильно сделали, что отказались от неё. Мы теперь Живины.
– ЧТО-о-о?!! – вдруг взревел прадед. – Как вы посмели, выродки, предать нашу кровь!
Стою, ничего не понимая. Что так разозлило этого сморчка?
– Да ты хоть знаешь, малоумный, ЧЬЮ фамилию выбрали вместо данной с рождения?
Недоумённо пожимаю плечами.
– Решили признать её своей покровительницей после отречения? Она вам не поможет! Супротив Кащея и Мораны нет силы! Вы все умрёте! Да, все! Я твёрдо решил: после тебя займусь сорной травой, выросшей на чернозёме среди полезных растений. Изведу под корень!
О чём это он? Лучше бы не спрашивал. О родителях и других родственниках, которые имеют несчастье прозываться Живиными. Я думал, что на сегодня лимит злосчастий подошёл к концу, но сильно ошибся. Обнаружил в себе новый недостаток – ничем не оправданный оптимизм. В этот миг, осознав нешуточную угрозу близким, злой чёрный колдун мог окончательно покинуть наш мир, но, к большому моему сожалению, не обладал в данный момент реальной физической оболочкой, подверженной воздействию человеческих рук. К тому же до сих пор стоял истуканом, не имея возможности двигаться без разрешения ополоумевшего старика.
– Хватит болтовни! Пришла пора заняться делом. Подойди к зеркалу, прислонись к нему всем телом и замри! – скомандовал призрак.
Воспротивиться приказу не сумел. Тело задвигалось само, не обращая внимания на желания хозяина. Выполняя команду, распластался по стеклу. С другой стороны зеркала от призрачной фигуры потянулась серая нить. которая, преодолев разделявшую нас преграду, перетекла в голову безучастно наблюдавшего за этим безобразием организма. Виски пронзила острая боль. Такое ощущение, что под кожу вогнали тысячи иголок и они активно начали шить, делая проколы в бедной черепушке Анатолия свет Васильевича, носящего в последнее время презренное звание “Неудачник года”. А, ладно, нечего мелочиться, века. Будет точнее.
– Готово, – раздался довольный голос. – Можешь отойти от зеркала.
Тело послушалось. Мозг же был как в тумане, липком и тягучем.
– Возвращайся домой, – инструктировали меня. – Приедешь сюда в следующий раз 31 декабря к вечеру. До скорой встречи, правнучек.
И зеркало опустело, очистившись от мерзкого присутствия.
Плохо соображая, некоторое время постоял, собираясь с мыслями. Боль притупилась, но растерянность от всего произошедшего, наоборот, усилилась. Не глядя, затолкал нашедшиеся бумаги в пакет, специально припасённый для этих целей, и нетвёрдыми шагами пошёл к выходу из ставшего ловушкой места.
Обратный путь показался короче, ведь теперь имелась серьёзная тема для размышления. “Будь во власти чёрных дум, затуманил я твой ум”, – вдруг раздалось в голове, отчего вздрогнул всем телом, так как узнал этот въедливый, надоевший до оскомины за время общения тон. Попытался успокоиться, последнее, что сегодня нужно – это авария.
За время, проведённое в чёртовом доме (а прадед по степени своего “дружелюбия”стал ассоциироваться с этим персонажем), уже сгустились сумерки. Начался снегопад, в бликах отражённого света отливавший чернотой. Узоры снежинок сложились в подобие косы, в смысле инструмента для сельскохозяйственных работ, а не женской причёски. О другом известном атрибуте в качестве аксессуара для “милой” старушки в балахоне старался не думать.
Дома передал пакет с бумагами отцу. Тот даже не взглянул на них, что странно, учитывая, с какой настойчивостью меня посылали на поиски семейного наследия. Видно, старик не соврал, когда говорил, что обстоятельства складывались именно таким образом, чтобы привести предполагаемую жертву к месту обитания призрака. Капкан захлопнулся, едва я переступил порог.
Всё неотступнее вставал главный вопрос: что делать? Как выбраться из западни чёрного колдуна? Почему у других людей усопшие ведут себя достойно, как положено порядочным трупам, то есть где указали место последнего приюта, там и обретаются, мирно отдыхая от земных тревог, не пытаясь усложнить жизнь родственникам? Зато Анатолию Васильевичу в качестве именинного подарка всучили склочного злобного духа с непомерной манией величия, мечтающего о всемирном господстве. Видно, стоит задуматься над сменой имени. Невезун Горемыкович, например.
Тяжко вздохнув, первым делом решил собрать информацию о тех странных существах, про которых с таким уважением и почтением распинался сегодня дед. Однако лучше всего заняться поисками завтра, на свежую голову. Игнорируя недоумённые взгляды родителей (время близилось к десяти), отправился спать.
Глава 6. Пришла беда – отворяй ворота
Переполненная впечатлениями черепушка выдала яркий, но лишённый здравого смысла сон. Я стоял посреди пепелища, окружённый какими-то холмиками, уходящими за горизонт. Через миг пришло осознание: это могильные захоронения. Тишина давила гранитной плитой, гнилостный запах вперемешку с гарью вызывал тошноту. С трудом передвигая ноги, медленно обходя осыпающиеся земляные нагромождения, я брёл сам не зная куда. Вдруг резко похолодало, меня зазнобило, иней покрыл окоченевшее тело. Не понимая резкой смены температуры, пригляделся внимательнее к окружающей обстановке. И увидел… Её.
С истинно королевским величием она парила над расположенными хаотическими рядами усыпальницами. Одеяние женщины состояло из двух половин: чёрной и белой, переплетаясь между собой тончайшими серебристыми нитями замысловатых узоров. Голова увенчана искристой короной, источающей мертвенно-призрачный свет. Волосы чёрной волной струились за спиной, кожа такой невероятной белизны, что отливала нездоровой синевой. Глаза ледяным огнём прожгли всё моё существо, вымораживая кровь в жилах.
Зависнув в воздухе на расстоянии нескольких шагов от меня, королева протянула в мою сторону бледную узкую руку. В ней находился бокал с окантовкой из непонятных фигур. Осознание пришло почти мгновенно: это были человеческие черепа.
– Пей! – раздался властный голос.
В бокале дрожала тёмно-бордовая тягуче-вязкая жидкость. Предложенный напиток не вызвал горячего энтузиазма. Наоборот, откуда-то знал, что принимать его из рук этой дамы категорически нельзя. Но сопротивление давалось нелегко. Моя воля таяла как мягкий пластилин под неумолимым взглядом роковой красавицы. Медленно сделал шаг вперёд… ещё… И проснулся, обливаясь холодным потом. Сновидение выглядело настолько реалистичным, что некоторое время приходил в себя, радуясь собственному пробуждению.
Хотя часы сигнализировали о непозволительно раннем и неприличном по меркам выходного дня выходу из объятий Морфея, от дальнейших попыток заснуть отказался. Сама мысль об этом приводила в содрогание. Самым разумным будет поскорее приступить к решению злосчастной проблемы, возникшей благодаря родственным связям. Чтоб старикашке постоянно икалось на том свете! Или всё-таки на этом? Не прадед, а какой-то хамелеон получается. Тьфу, пусть провалится к своему Чернобогу… так, кажется, обозвал какого-то мужика? К делу! Начну, пожалуй, с вопроса, кто вообще такие эти типы: Кащей и … про кого там ещё говорил этот маньяк? Кажется, Марина или что-то наподобие, не помню хорошенько все старческие бредни. Ладно, разберусь.
И я нашёл. Только вот открывшиеся знания заставили в прямом смысле похолодеть от накатившего озноба. С экрана монитора на меня смотрела … Она. Та самая ведьма из ночного кошмара. Мара (Морена) – богиня зимы и смерти, супруга Кащея Бессмертного. Её символами считались серп, отнимающий человеческие жизни, кубок с инкрустацией из человеческих черепов (сердце пропустило удар). Выпивший из кубка забывал земную жизнь и переходил в подчинение богини. Связь с миром Яви разрывалась и он уже не мог вернуться обратно, оставаясь навеки в Мёртвых Землях. “Черноволосая стерва!” – испуг мешался с яростью. Брюнетки и раньше не вызывали сильного восторга, а теперь мнение об их внутреннем мире упало до отрицательных значений.
Настроение не улучшилось, когда просматривал вкладки о Кащее, известном злодее детских сказок. Отвратительный персонаж, под стать своей супруге. Повелитель Нави, то есть мира мёртвых (умнею не по дням, а по часам, ага). Могучий колдун к тому же, которого никто не мог победить (ясное дело, он же Бессмертный!). Обладал зачарованными доспехами и волшебным мечом. Конь соответствовал хозяину: ни мёртвый, ни живой. Кащей владел и даром оборотничества, т.е. мог превращаться в животных. Особенно пришлись ему по вкусу (в переносном смысле, хотя уже не уверен ни в чём) жабы, змеи и вороны. Обликом тощ, нравом мрачен и злобен. В-общем, противный старикашка, во всяком случае на картинке он выглядит именно таким.
И как справиться с забытыми богами языческих преданий, в существование которых мне и сейчас трудно поверить? К кому обратиться за помощью? Угроза с каждым часом приближается, ведь до Нового года остаётся меньше недели! Интересно, почему выбрана такая дата? Ведь считается, что это большей частью праздник детский, наполненный ожиданием снежного волшебства. Снова полез в интернет. И как же умные люди объясняют такое несоответствие? Прочитал – и обомлел.
Оказывается, один из самых известных современных праздников – недавнее изобретение. По меркам истории, конечно. Да-да, про Петра I краем уха слышал и даже, кажется, читал. Однако в более древние времена наши предки имели другое представление об этом событии. Новый год был привязан к сельскохозяйственным работам и отмечался весной, когда наступала пора вступать в битву за урожай. А в зимнее время властвовали тёмные боги. Их опасались, старались не выходить за ворота в наступавшие сумерки, ибо это время разгула нечистых сил. И привлекать их нежелательное внимание никто не стремился. Чтобы умилостивить злые силы, приносились жертвы в виде обильного угощения (привет новогодним застольям!). Ночные посиделки были полностью исключены, ведь приглашать тёмных сущностей в свой дом означало накликать беду на себя и свой род. Насчёт последнего утверждения согласен полностью, проверено, хотя и невольно, на собственном горьком опыте.
Получившийся в итоге расклад повергал в уныние. И, по-видимому, поганое настроение отразилось на физиономии, так как родители настойчиво стали интересоваться состоянием физического здоровья собственного отпрыска, как выразился бы прадед. Что можно сказать в ответ тем, кого уже определили в будущие жертвы? И как они воспримут новость, что их сын –основное блюдо в меню чернокнижника? Сомневаюсь, что сообщение такого рода приведёт их в дикий восторг и сохранит душевное равновесие. О последствиях опрометчивого заявления думать совсем не хотелось. Отговорился сильной головной болью. И не соврал. Мозг просто перегрелся от прочитанного. И в этот момент меня накрыло.
Обрывочные картины возникли перед глазами с пугающей ясностью. Вот я стою перед раскрытой могилой с ножом в руке. На мне чёрная одежда балахонистого вида, на груди болтается амулет: два треугольника, соединённых вершинами – знак служения. Глухим заунывным тоном произношу какую-то тарабарщину. Из могилы вылетают комья земли вперемешку с травой. Сильный запах гниения, показалась часть полуразложившегося туловища. Всё знакомо, так и должно быть.
Очнулся посреди комнаты, с вытаращенными глазами и полным непониманием происходящего. Раздался знакомый ехидный смешок.
“Понравились мои воспоминания?”
Слуховые галлюцинации?
“Нет, – самодовольство так и сочится из противного голоса. – Негоже так быстро забывать родственников. Что ж, дело поправимое, ведь мы скоро будем одним целым”.
– В каком смысле?
“Я возьму под контроль твоё сознание, порабощу волю и во время ритуала дух данного тела отправится в Навий мир, а освободившуюся оболочку займу я, твой предок по крови. Сейчас в тебе находится искорка моего духа, мы частично уже слились воедино”.
– Что-о-о? Не было такого!
“Тонкая работа, не правда ли? Ведь ты даже и не вспомнил, когда и каким образом это произошло. А зеркало в доме, у которого застыл послушной куклой, забыл? Я перенёс толику своего разума в твой. И скоро смогу внушать тебе то, что посчитаю нужным. Связь между нами уже начала укрепляться. Доказательством служат мои воспоминания”.
– Я никогда не подчинюсь грязному трупоеду! – заорал во весь голос. И снова хихиканье.
– Толик, – в дверях стояли обеспокоенные родители. – Почему ты так кричишь? Всех соседей переполошишь!
Недоумевающих родичей удовлетворило объяснение о новой компьютерной игрушке. Увлёкся, мол, уровень сложности зашкаливает, вот и сорвался. Мама укоризненно покачала головой, отец понимающе хмыкнул, и на этом вопрос был исчерпан. А я крепко призадумался.
Глава 7. Чужеродное вмешательство
Злость накрыла волной, мешая рассуждать здраво. Ситуация, и до этого неожиданного вмешательства, представлявшаяся отвратительной, начинала казаться тупиком. Вскрылись новые обстоятельства, к которым оказался совершенно не готов. Поэтому не сообразил сразу очевидную вещь: ведь голос прадеда слышу только я. Вести мысленный диалог с тем, кто существует в образе духа, и к тому же имеет наглые претензии на чужое тело, – к такому сложно привыкнуть без соответствующей подготовки. В прошлом разговоры на тему экстрасенсорных способностей наводили скуку. Всегда считал, что всякие “очевидцы” мистических событий либо нагло врут, либо обладают не в меру развитым воображением. Становиться непосредственным участником сверхъестественных явлений не входило никогда в мои простые в общем-то жизненные планы. Насмешка судьбы, не иначе. “Или психованный родственник”, – подумал мрачно, вспоминая общение с пра-пра-пра- и так далее дедушкой.
Я и мои близкие отчаянно нуждались в помощи. Беда в том, что совершенно не представлял, куда и к кому обращаться за подмогой. Самостоятельно не справиться, нужны опыт и знания, причём многолетние. Знакомых белых магов, колдунов, гадалок и тому подобных необычных личностей на примете не было. Да и смогут ли они дать защиту, в которой нуждаюсь? В памяти всплыли слова прадеда: “Она вам не поможет!” Интересно, о ком это он? Помню, что упырь, называющий себя моим дедом, взбесился как бык, услышав о смене родовой фамилии. Как раз в тот момент я упомянул, что теперь мы Живины. И стоило из-за пустяка так орать? Что-то здесь нечисто. Надо побольше разузнать обо всём, касающемся нашей приобретённой фамилии. И снова запутался в паутине, правда, виртуальной и вполне добровольно.
Погружение в древние легенды не прошло даром. Что уяснил для себя из народного фольклора: Жива – это древнерусская богиня жизни, весны, плодородия и процветания во всех сферах материального мира. В-общем, животворная сила самой Земли. Такие замечательные качества богини сразу же вызвали моё горячее одобрение. Поисковый запрос выдал фото женщины лет 30-35 с белокурыми переливающимися на солнце волосами и ярко-синими как летнее полуденное небо глазами, которые искрились такой радостью и добротой, что я сам невольно улыбнулся ей в ответ, совершенно упустив из виду, что это всего лишь изображение, сгенерированное высокими технологиями. Как будто опровергая данный вывод, женщина лукаво усмехнулась и подмигнула. Оторопело заморгал и протёр глаза.
Во время этого движения, видно, случайно закрыл вкладку, так как картинка исчезла, а браузер внезапно без видимой причины выдал ошибку 404. “Завершение сеанса” – замигало сообщение на экране, и ноутбук через непродолжительное время погас, хотя такой команды ему не давал, собираясь более подробно разузнать о заинтриговавшем персонаже. Белокурая красотка восхитила меня гораздо больше злобной брюнетки, так по-хамски вторгшейся в мой ночной отдых. “Джентльмены предпочитают блондинок”, – всплыло из глубин памяти полузабытое выражение, а я всё-таки древнего рода, как утверждает вредный предок.
Острая боль пронзила висок, в глазах потемнело, а потом снова накрыло видение. Перед мысленным взором предстала картина деревенского быта прошлого века: неказистые крестьянские домишки, из дворов которых доносилась разноголосица домашней живности, запахи свежескошенной травы и чернозема переплетались с ароматом свежевыпеченного хлеба. Невдалеке от деревни – возле густолиственной рощи – находилось кладбище. Летний день клонился к вечеру. Люди возвращались с полевых работ, громко переговариваясь со встречными знакомыми. Однако оживлённый говор вдруг резко сменился молчанием. Внезапная тишина испугала: неужели оглох от переживаний? К счастью, быстро понял, в чём дело, когда посмотрел в ту же сторону, что и притихшая толпа. По тропинке между домами с выражением собственной важности на физиономии шествовал мой прадед. В этот раз он был одет в простую полотняную рубаху, штаны, подпоясанные верёвкой, на ногах лапти. Правда, амулет на груди так и остался от его прошлого облачения, изредка вспыхивая от лучей заходящего солнца. Люди расступались, прижимались к домам, кто-то кланялся, некоторые молча уступали дорогу, но на всех лицах без исключения выражались страх и отвращение. Я буквально всей кожей ощутил это отношение к родственнику, чтоб ему икалось не переставая.
Изображение исчезло, будто щёлкнули пультом, убирая его из подсознания. Я снова вернулся в реальность.
“Ну что, убедился? – торжествовал ненавистный голос, поселившийся в голове. – Осознал, какой властью я обладал в былые годы?”
“Они просто боялись тебя, вот и всё”, – пожимаю плечами.
“Да! И не смели перечить! Это и есть истинная власть! – злобная радость распирала зазнавшегося некроманта. – А совсем скоро обрету ещё большее могущество!”
Спорить не стал. Не было желания, да и что мог противопоставить в ответ. Надо искать выход. И как можно быстрее. Выходные заканчиваются. Повезло, что сейчас в колледже удалёнка, всегда можно сослаться на технический сбой и соображения безопасности. В-общем, варианты есть. Интересно, эта богиня Жива сможет хоть чем-то помочь? Хватаюсь за соломинку, ведь подходящего бревна под рукой нет.
Кажется, остаток светового дня выпал из памяти, так как не успел оглянуться, а уже почти полночь. И нет воспоминаний, что делал в дневные часы. Напуганный данным обстоятельством, начал лихорадочно вспоминать, что происходило за это время. И… ничего! Как это понимать?! Но в глубине души уже знал… как! Просто не хотел верить, цепляясь за призрачную надежду. Надо успокоиться и рассуждать здраво, но мысли становились всё мрачнее, а настроение портилось с каждой минутой.
– Толик! – мать стояла в дверях, с недоумением разглядывая меня. – Почему ещё не спишь? Посмотри, на кого стал похож!
– На кого?! – пугаюсь не на шутку. Если кроме сознания прадеда во мне проявятся ещё и черты его отвратной внешности, не прощу старикашку!
– Весь бледный до синевы, под глазами тени, – причитали тем временем надо мной как над покойником. – Немедленно отправляйся спать. Выходные закончились, завтра рано вставать.
– Сейчас-сейчас.
– Возьми яблоко, – вдруг каким-то странным, чужим голосом выдала мать.
Вздрогнул и посмотрел на неё, думая, что ослышался.
– Зачем?
– Съешь яблоко, – звук из губ лился чистый, звонкий, какой-то очень… живой!
Потрясённо уставившись, хрипло говорю:
– Хорошо.
– Куда направился? Я же сказала, иди спать!
Голос матери, обычный, не искажённый чужой волей, пригвоздил к месту, когда уже направлялся в кухню. Поворачиваюсь.
– Ты же сама только что уговаривала меня съесть яблоко!
Изумление, отразившееся на её лице, было настолько искренним, что начал сомневаться в собственном рассудке. А есть ли он ещё у меня, кто скажет?
– Ты просто спишь на ходу, вот и вся причина, – обвиняющий тон, а далее – приказ:
– Пять минут на все сборы, иначе приму карательные меры.
– Есть! Исполню в лучшем виде!
Недоверчивый прищур глаз – и родительница ушла, оставив потрясённого отпрыска переваривать услышанное. Ох, не к добру я заговорил, как мой прадед!
Совету последовал, яблоко съел. И ощутил в процессе поглощения небывалое умиротворение. Мысли прояснились, страх отступил, проблема перестала казаться безнадёжной. Волшебный фрукт, не иначе. В сказках, наверно, есть зерно истины. Неужели впадаю в детство? Махнул рукой и пошёл наконец отдыхать.
Глава 8. На острие замогильной черты
Сделал неутешительный вывод о появлении в моём обычном существовании второй жизни – ночной. Я перестал просто спать без сновидений, восстанавливая силы после дневных забот. Теперь я веду двойную жизнь там, где раньше было пространство для отдыха. Появляются всякие странные неприятные личности, незваными гостями вторгаясь в расслабленное сознание. Причём происходит такое непотребство без разрешения хозяина тела.
Жаловаться в этот раз, правда, не стоило. Разнообразия ради зрелище порадовало. Стою посреди огромного цветущего луга, залитого тёплым солнечным светом. Голубело небо, но ещё синее блистали очи стоявшей неподалёку красивой белокурой женщины, изображение которой смотрело недавно на меня с экрана ноутбука. Одеяние богини – нежно-голубая ткань с изумрудным отливом – переливалось, отражая солнечные лучи. Голову украшал венок цветов, многообразие которых приводило в изумление. В одной руке она держала старинную книгу. На раскрытой странице я увидел символ, начертанный красным: шестилучевой крест, напоминающий букву Ӂ. Палец богини указывал прямо на него. Жива произнесла, смотря мне в глаза:
– Запомни! Помощь придёт. Прими же её!
Будто в подтверждение этих слов подала голос кукушка. Картинка погасла.
Остаток ночи спал как мертвец. Нехорошие ассоциации становятся чертой характера? Не хотелось бы. Однако настроение всё равно улучшилось после пробуждения. Вставал с твёрдым намерением узнать, что же означает открывшийся во сне символ и чем он может помочь. Онлайн-занятия не были в числе приоритетов, но на время пришлось подавить нетерпение. Правда, сильно сомневаюсь в тех знаниях, которые пытались вдолбить сегодня, так как голова, занятая посторонними мыслями, не обращала должного внимания на занудный бубнёж преподавателей. Отвлекающим фактором стало и вторжение непрошеных воспоминаний вздорного пра-пра-родственника. Вспышки чужих мыслей, эмоций не давали как следует сосредоточиться. Вместо учебного материала обнаружил в своих записях рисунок – тот самый символ, выжженный на амулете, который я видел у прадеда в моём первом видении. И чтоб мне провалиться сквозь землю, если помню, когда успел его изобразить. О чём это я? Нет, не хочу к покойникам, не по моему вкусу соседство. Но всё чаще проскальзывают мысли на кладбищенскую потустороннюю тематику. Безрадостные мысли материализовались на экране в виде изображения черепа. Из пустых глазниц выползал шевелящийся клубок белого цвета. Черви! Мучнисто-бледные, извивающиеся, они ползали по монитору, оставляя за собой дорожки слизи. Их становилось всё больше, некоторые начали вываливаться на стол. С чувством омерзения схватил первую попавшуюся под руки салфетку и принялся яростно уничтожать это безобразие. Черви лопались, оставляя после себя вонь тухлого мяса.
– Что ты делаешь? – удивился отец, заглянувший в этот момент в комнату. – Сейчас неподходящее время для уборки, тебе не кажется?
– Убираю червей.
Отец подошёл к столу, осмотрел внимательно его, а потом с непонятной жалостью – меня.
– Перезанимался, бывает. Ничего, скоро отдохнёшь.
Хлопнул по плечу, сочувственно улыбнулся и вышел.
Непонимающе посмотрел ему вслед, затем перевёл взгляд на стол. Он был чист, не считая, конечно, вещей, которые находились там до появления этой пакости. Тухлятиной вонять тоже перестало. Я медленно сел и схватился за голову.
До вечера ничего необычного не происходило и я решительно выбросил неприятное происшествие из головы. И без подобных эпизодов есть над чем подумать. Приснившееся не давало покоя, и поэтому после заслуженного отдыха решил приобщиться к старинной забаве наших предков: разгадыванию снов. Однако в этом нужном деле появилась помеха в виде хозяйственных хлопот, а именно: вынос мусора. Попытался отказаться от сомнительного путешествия, нарушающего мои планы, напомнив о плохих приметах. Думал, испугаются последствий, ведь избавление от мусора в вечернее время по старинным поверьям грозило безденежьем. На что получил ответ, что зловонные отходы из кухни скорее отпугнут будущую прибыль, а богатство предпочтёт обойти десятой дорогой такой свинарник. Спорить не стал, подхватил мусорный пакет и вышел из квартиры. Лифт не работал, поэтому героически преодолел все ступеньки, записав сие действие в разряд подвига.
Благополучно избавившись от всего, что мешало накоплению капитала, направился обратно, но вдруг остановился в изумлении: передо мной находилась каменная стена. Ни малейших признаков двери. Серая отполированная веками глыба – вот что преграждало путь. И как разбираться с такой мягко говоря необычной проблемой? Может, попробовать другой, альтернативный способ? Как там в сказках? Сим-сим, откройся? Глухо. Избушка-избушка, повернись ко мне задом… Тьфу, наоборот, то есть фасадом. И ещё какие-то слова, не помню. Что, снова не угадал? Стена не шевельнула даже камешком. Абракадабра! – завопил в отчаянии. За спиной раздалось карканье. громкое и насмешливое. Даже птицы потешаются над незадачливым жильцом. Повернулся к наглому пернатому и хотел уже отогнать птицу от места личного позора. Но слова замерли на губах.
Ворон (я почему-то сразу дал ему определение “он”) был неестественно крупным, иссиня-чёрным с сизым отливом на крыльях. Наклонив голову, он внимательно наблюдал за жалкими попытками вымолить проход в собственную квартиру. Взмахнув крыльями, подлетел поближе ко мне и завис напротив. И это стало одним из наихудших потрясений за последнее время.
Его глаза поймали мой взгляд – и мир перестал казаться таким как раньше. Мой уютный безопасный мирок разлетелся вдребезги. Существо, которое смотрело из этих глаз… Оно было ужасающе древним, повидавшим и пережившим тысячелетия. Серый затуманивающий разум взор затягивал в чёрную беззвёздную стылую ночь. Беспросветный мрак обрушился всей тяжестью нездешнего мира, лишая последних крупиц сознания и воли. Меня звали – и я должен был идти. Сам Повелитель явился за положенным ему по договору. Окружающее завертелось в безумном хороводе и я вместе с ним.
Хлопанье крыльев, недовольное карканье – и вот мельтешение прекратилось. Ноги по-прежнему стоят на земле. Я снова стал самим собой, чужая воля перестала угнетать растерянный перепуганный организм. Что-то белое мелькнуло в воздухе. Присмотрелся: белый голубь трепещущей тушкой закрывал меня от смертельной угрозы! “Вот это защитник”, – скептически подумал, размышляя, как аккуратнее прогнать глупую неразумную птаху. Пропадёт ни за грош, и к гадалке не ходи. Голубь ворону не соперник, это ясно.
Но, к моему глубочайшему недоумению, проклятый падальщик отступил. Злобный клёкот трупоеда прозвучал как грязное ругательство – и через секунду птица исчезла из поля зрения. Не улетела, а именно растворилась в воздухе. Усиленно заморгал. Почудилось? Раздался звонкий чистый смех, повеяло ароматом луговых цветов – и голубь тоже исчез. Только белое перо мягко опустилось у ног. Поднял его, повертел в руках и, не понимая, зачем это делаю, положил подарок в карман. Домой попал без труда. Дверь находилась на положенном ей по всем строительным законам месте.
– Где ты был?! – негодующе спросили родители, когда я появился на пороге. – Может, мы чего-то не знаем и мусорные контейнеры установили за чертой города? Почему не предупредил, что уходишь так надолго? И что за странная идея: идти на прогулку с бытовыми отходами? Теперь подобное в моде, оказывается?
Непонимающе смотрю на них.
– Не так уж долго я отсутствовал.
Прикинул про себя, сколько времени заняло “приключение”. Минут пятнадцать, максимум двадцать, не больше. О настоящей причине задержки, конечно же, умолчал.
– Если для тебя два с половиной часа – это недолго, могу поздравить. Счастливые часов не наблюдают, – блеснул познаниями в русской классике отец.
Невольно поморщился. Только нотаций сейчас и недостает. Взгляд случайно упал на часы и невольно прошептал:
– Уже десятый час?! Но как же так…
Выразительно молчание было мне ответом. Пришлось снова придумывать отговорки; выкручиваться с каждым разом становилось всё труднее. Получалось неубедительно и жалко. Скептически настроенные родители с недоверчивым видом слушали мой сбивчивый лепет, как вдруг мать принюхалась и сказала:
– Какой приятный аромат!
И улыбнулась.
– Зачем придумывать небылицы? Почему сразу не сказал, что был на свидании? И как же зовут даму твоего сердца? – и мать рассмеялась, а за ней и отец.
Чуть не завопил от досады. Вот как доказать, что романтика сейчас вообще не в сфере моих важнейших приоритетов? Самое главное – остаться в живых и защитить близких. Но, взглянув на понимающие ухмылки родных, отказался от дальнейших бессмысленных споров. Промолчал и направился к источнику знаний с целью прояснить сегодняшние события.
– В следующий раз купи цветы. Это производит намного лучшее впечатление, чем пакет с мусором, поверь! – крикнул вдогонку отец.
Я только тяжело вздохнул. Смешно им, видите ли, пока их сын пытается вырваться из смертельной ловушки. Неужели только у меня фраза “Любовь до гроба” вызывает серьёзнейшие опасения? Чьего, спрашивается, гроба? Временной промежуток до собственных похорон очень волнует и заставляет призадуматься любого вменяемого человека. Так что обойдусь без сентиментальной чуши.
Внимательно просматриваю запрошенную в поисковике информацию. Сделанные выводы не порадовали. Оказалось, что сегодня я столкнулся с самим Кащеем, Повелителем Нави, то есть загробного мира. Сильнейший колдун мог превращаться в животных, особенное предпочтение отдавал воронам, при этом глаза у такой птички-оборотня были серые. А спасла меня от попадания в лапы (когти?) или что там у этой твари имеется в наличии, Жива. Светлая богиня послала на помощь голубя, наделив его животворной силой, могущей противостоять Царю Нежити. Ведь голубь, как и кукушка, кстати, являются её символами. Знак, увиденный мною во сне, использовался предками в качестве оберега, например, в одежде, полотенцах и других тканях. Его вышивали и носили в качестве защиты. Тут поневоле призадумался. Рукодельничать (слово-то какое, скоро стану знатоком древних словечек!) не умею и учиться нет ни времени, ни желания. Может, достаточно нарисовать знак и носить не снимая? Нет, бумага не казалась надёжным вариантом. Или вырезать на дереве? Кстати, вспомнил, у отца знакомый очень увлекается резьбой по дереву. Только как объяснить, для чего это нужно? Тем более в трёх экземплярах. Придумал: подарок на Новый год родителям. А третий для кого? Братьев и сестёр нет. Ладно, так и быть, пожертвую авторитетом и скажу, что мифической девушке. Сейчас модно носить подобные штучки. Завтра же и попрошу об услуге. Дядька Степан хороший мужик и очень радуется, когда проявляют интерес к его хобби, вряд ли откажет.
Так, что ещё? Атрибуты богини – яблоки и хмель. понятно теперь, почему мне так настойчиво предлагали съесть яблоко! Действительно стало легче после того, как соизволил откушать. Стоп, это я подумал? Не может быть! Допотопный язык какой-то, никто уже не говорит подобным образом, засмеют. В голове отчётливо прозвучало ехидное хмыканье. Разозлился, но решил не обращать внимания, не до того сейчас. Завтра же пополню запас яблока, а вот насчёт хмеля возникли большие сомнения. Нужно само растение, а жаль. Мог бы предложить альтернативу в виде пива. Так и не разрешив загадку, каким образом зимой под сугробами обнаружить целые неповреждённые морозом побеги хмеля, зевнул, выключил ноутбук и пошёл спать. После пережитого нуждался в отдыхе больше, чем в предыдущие дни.
Глава 9. Под гнётом чёрной воли
Как ни странно, ночь прошла без сновидений. Утро скалилось тяжёлыми тучами, обещали снег. До обеда никаких сверхъестественных событий не произошло, я усиленно хрустел яблоком, составляя план дальнейших действий, напрочь игнорируя заунывный голос преподавателя. Мозг за прошедшее время пополнился таким количеством древних ненужных знаний, какие и не снились этому учёному сухарю. Если, конечно, он спит без кошмаров.
Однако в конце занятий кое-кто всё-таки привлёк моё внимание. И в самом неприятном смысле. Онлайн-трансляция вдруг прервалась и из динамиков послышался свистящий шёпот:
Вдруг раздаётся голос в тишине,
Мурашки пробегают по спине.
Земля разверзлась, ноги заскользили,
Всё ближе унося тебя к могиле.
Экран замигал и на нём высветился сам “вокалист”, если так его можно назвать. На слове “тебя” он вытянул руку и ткнул оцепеневшего невольного слушателя в моём лице в грудь пальцем, с которого давно уже слезла вся плоть. Причём отслоение тканей произошло по всему бренному телу. Точнее говоря, это был скелет во всём его костяном безобразии. Пока оторопело пялился в экран, изображение сменилось обычным фоном. “Всё, хватит с меня дурно пахнущих выходок! Немедленно иду звонить Степану Михайловичу насчёт оберега. Посмотрим, чья возьмёт!”
Облегчённо вздохнул, закончив разговор. Всё прошло как по маслу. К Новому году будут у меня подарки родителям и “девушке”. Приободрившись, занялся обычными домашними делами, не забывая грызть купленные сегодня по моей просьбе яблоки.
– Яблочная диета? – удивился отец, наблюдая, с какой скоростью исчезает этот фрукт. – Мясная лучше, не находишь?
И засмеялся.
– Она тебе совершенно не нужна, – забеспокоилась мать. – Ты ужасно похудел, кожа да кости. Вылитый Кащей.
Яблоко застряло в горле. Брошенное ненароком замечание заставило броситься к зеркалу. Увиденное потрясло.
– Это я?! – прошептал неверяще.
Отражение радовать отказалось. Кроме привычного уже брюнетистого и черноглазого парня облик претерпел ещё большие изменения. В нашем роду толстых никогда не рождалось, это факт, однако представшее зрелище позволяло смело работать анатомическим пособием в школе. Не только тело, но и лицо подверглось “усыханию”. Щёки впали, подбородок как-то удлинился, отчего казалось, будто я испытываю тайную грусть. Унылое выражение лица добавляло “шарма”. Балахон с длинными рукавами в качестве одежды – и вылитый Пьеро даже без грима.
“Я тебе всё припомню, сволочной родственничек”, – думал, разглядывая собственные преобразившиеся черты и ужасающую худобу. И снова мерзкое хихиканье отозвалось в многострадальной черепушке. Вот и пообщались, называется, по-семейному.
Мрачное настроение усугубилось липким кошмарным сном. Незнакомое кладбище, зловоние окутывает со всех сторон, дыхание прерывается изнуряющим кашлем. Покосившиеся надгробия и ни одного креста. Я бреду между могил, чувствуя неодолимую тягу, ведомый чужой злобной волей. Останавливаюсь перед полуразвалившимся скособоченным памятником. Надпись почти стёрлась, но, стоило задержать на ней взгляд, как, чернея, проступили старинные буквы, приобретая изначальный смысл:
Трофим Захарович Невмерущенко
11 февраля 1800 – 31 декабря 1913
Значит, не соврал старик, действительно прожил 113 лет. С его-то мерзким характером долго же он портил кровь местным. Пока разглядывал место последнего приюта своего предка (упокоения язык не повернётся сказать, слишком бодрым оказался неугомонный родственничек), не сразу заметил, что земля под ногами начала осыпаться, вследствие чего приближался к могильному холму всё ближе и ближе. Замедлить движение не мог, руки хватали пустоту. От захоронения донёсся издевательский, так хорошо знакомый смешок. “Иди сюда, я жду!” – звучало повелительно-угрожающе. Все попытки вырваться из чавкающей вязнущей на ногах почвы оказались бесполезны. Я заорал, призывая имя богини в последней отчаянной попытке. И проснулся в своей комнате с бешено колотящимся сердцем. Начинался новый день.
Прийти в себя долго не мог, нервно вздрагивая при каждом постороннем шуме. Какая уж тут учёба?! Мою бледную физиономию с расширенными от потрясения глазами смело можно рекламировать для любого фильма ужасов. Так было сказано за завтраком. Мысленно согласился.
Неимоверно хотелось спать, тянуло прилечь, прикоснуться к земле, впитать её запах, так сказать, всей кожей, ощутить спокойствие и умиротворение после тяжких забот. Тело стало ватным, ноги подкашивались. Я поплёлся к дивану, удивляясь, почему никогда не замечал ранее, как далеко друг от друга отстоит мебель. Встревоженные расспросы сливались в непонятный фоновый шум. Добравшись, наконец, до вожделенного объекта, рухнул на мягкое сиденье и погрузился в забытьё, тёмное, тягучее, без каких-либо признаков сознания.
Очнулся сам, будто вылез из подземных глубин. В квартире царила суматоха, пахло лекарствами, к ним примешивалась неимоверная вонь. “Что-то сдохло,” – первая мысль, пришедшая в голову. И, разумеется, не угадал. Кроме меня никто ничего не почувствовал.
Перепуганные родители рассказали, что после моего эффектного приземления на диван и бесплодных попыток разбудить, была вызвана “Скорая”, чьи манипуляции не произвели ни малейшего впечатления на организм. Диагноз – сильное переутомление на фоне стресса. Какая прозорливость! Рекомендовано изменить режим дня, покой и прогулки на свежем воздухе. Но главное – избегать всяческих волнений. Последняя фраза добила окончательно. Зато теперь с полным правом могу забыть о занятиях. Официально на больничном. Но взгляд в окно притушил вспыхнувший энтузиазм. Темнота, проницаемая для изменившегося зрения, говорила, что уже поздно. Сколько же я провалялся в отключке?
– Сейчас одиннадцатый час, – сообщили мне.
День прошёл впустую. Завтра буду навёрстывать упущенное. Чтобы подкрепить силы, решил обратиться к испытанному уже средству. Но обнаружил, что яблоки исчезли. Не мог же я за день перемолотить два килограмма? Или всё-таки… Человеческие возможности, как пришлось убедиться на собственном опыте, настолько мало изучены, что преподносят в дар даже то, что ты совсем не просил. Решил всё же уточнить насчёт фруктов и к своему изумлению узнал о странном происшествии.
Пока изображал из себя Спящего Красавца (юмор у отца так себе, но промолчал), в квартире побывали представители Красного Креста. Что удивительно, пожертвования в виде денежных купюр их не интересовали. А вот фрукты для больных детей – даже очень. В результате недолгих переговоров им был вручен пакет. И эти вымогатели лишили меня самого необходимого в данный период времени!
– Ничего страшного, ещё купим, – примирительно сказала мать, увидев недовольное перекошенное лицо.
Конечно, ей непонятно, почему так расстроен, ведь о произошедших событиях не говорил ни одной живой душе. Неужели теперь остался один путь – разговаривать с мёртвыми? Перспектива иметь подобных собеседников не вдохновляла. Так как целый день прошёл в сонно-лежачем состоянии, ночной отдых не входил в ближайшие планы. Что сейчас особенно волновало – способы защиты, ведь один из них у меня нагло украли. Подозрения не давали покоя. Сложно представить, что в современном обществе кто-то предпочтёт принять в дар не деньги, а всего-навсего фрукты. Какое интересное и удачное “совпадение”, что просители явились в тот самый момент, когда я бессознательной тушкой валялся на диване. Ведь, находясь в здравом уме, ни за что бы не отдал спасительное средство, посланное самой богиней в помощь. И родителей отговорил, даже рискуя прослыть жадиной. Странно, что они сами не удивились такому бескорыстию. Обычно они более подозрительны и посторонним двери не открывают. Есть над чем подумать. Завтра с утра иду в магазин и пополню запасы. Постараюсь проследить за сохранностью ценного объекта.
Заглянула мать:
– Не спишь?
– Смеёшься? Уже выспался сразу на неделю вперёд. Теперь, наверное, до следующего года не засну.
– То есть три дня, ведь до Нового года как раз столько и осталось. Но бессонница плохо влияет на организм. Вспомни, как бабушка поначалу страдала от этого недуга. Хорошо, что справилась с проблемой. Причём без таблеток.
– Каким же образом? – заинтересованно смотрю.
– Просто заваривала особый чай с хмелем.
– Летом, – говорю, – легко можно его найти, а зимой? Собирала заранее и сушила?
– Можно и в аптеке купить, конечно, но собранный у себя на участке лучше.
– В аптеке продаётся хмель?
– Да, шишки растения.
Я вскочил. И как же раньше не додумался до такой простой отгадки. Круглосуточная аптека располагалась в получасе ходьбы от дома. быстро собрался и вышел на улицу. Начался снегопад, колющие порывы ветра обжигали лицо, идти становилось труднее с каждым шагом. Снежный вихрь буквально сбивал с ног, препятствуя продвижению. Но я не сдавался, упрямо продолжая путь. Наконец впереди засверкала неоновыми огнями аптека. Ускорил шаг, боковым зрением отмечая среди сугробов мелькнувшую гибкую тень, тут же пропавшую. Рассмотреть не успел, хотя и обладал отличным ночным зрением. Может, показалось?
В аптеке пробыл недолго. На счастье, нужный мне товар был в наличии. Обычная упаковка с изображением растения и лечебными рекомендациями, читая которые, я и вышел за дверь в недружелюбную темноту. Занятый мыслями, как лучше распорядиться приобретённым, не заметил подступившую угрозу. Шипение привело в чувство. Опустив взгляд, оторопел. В непосредственной близости от меня изгибалась, высунув раздвоенный язык, змея. Нет, пока что не сошёл с ума. хотя временами и близок к этому. Но приходилось поверить собственным глазам и признать реальность того, что в декабрьские морозы за несколько дней до Нового года на меня собирается напасть змея!
Медлить было нельзя, как защититься от непонятно откуда взявшейся злобной твари – не представлял. Не бросать же в неё яблоком, которых, кстати, и не было в доступности. Мягкое тепло окутало ладони, в которых держал упаковку. Ах, да, хмель… Не рассуждая о логичности своих действий, разорвал бумажный пакет. Оттуда посыпались шишки и мелкая взвесь чего-то вроде пыли. Это облако накрыло бросившееся в мою сторону пресмыкающееся, и впиталось в чёрное туловище без остатка. Мерзкий запах от расползающейся чешуи вызвал неодолимое отвращение. Однако обоняние не зря подверглось стрессу. Результат стоил того: ошмётки серо-чёрной золы уносил налетевший порыв ветра. И скоро пространство очистилось от последних следов этой пакости. Мышцы, до этого напряжённые до крайней степени, расслабились, и я внезапно почувствовал слабость во всём теле. Непослушными губами тихо прошептал, обращаясь в пустоту: “Спасибо!” В ответ – ни звука. Спрятав остатки драгоценного растения в карман, понемногу отходя от пережитого, направился домой.
Глава 10. Зов услышан
Оставшиеся дни до праздника слились в моём сознании в череду наплывающих кошмаров, прерываемых проблесками реальности. Головная боль стала постоянным спутником, путая мысли, которые всё чаще подменялись зловещими образами. Выныривая на поверхность из тёмных глубин чужеродного сознания, с нарастающей паникой понимал, что начинаю терять связь со своей настоящей жизнью, плохо различая, где мои, а где навязанные убеждения и поступки. Разговоры частично выпадали из памяти и, очнувшись от видений, с испугом узнавал, что говорил и делал в те часы, о которых не сохранилось и малейших воспоминаний. Злая целенаправленная и сильная воля ломала мою психику, уничтожая любые попытки к сопротивлению. В краткий миг просветления помню, как вручал заказанные сувениры родителям. Символ Живы повесил и себе на шею. И это было последним, что я осознал перед исчезновением.
Дальнейшие действия совершал в каком-то беспамятстве. Стою перед проклятым полуразвалившимся жилищем в полнейшем недоумении, так как дорога к этой развалюхе полностью выпала из подсознания. Я просто очутился здесь. Как – вопрос не ко мне. Механически передвигая ноги, шёл по уже пройденному маршруту, приближаясь к тому, кто воззвал к дару своей крови из тьмы веков. Остановившись перед зеркалом, слился с ним на краткое мгновение. Что-то холодное скользнуло в тело, резкая боль пронзила всё существо. Однако неприятные ощущения быстро исчезли, и я по велению чужого разума направился к заброшенному старинному кладбищу. Тот. кто сейчас разделял со мной одно тело, указывал путь.
Остановился перед вросшим в землю покосившимся камнем с полустёртой надписью Невмерущенко Трофим Захарович и годы жизни: 1800-1913. “Где же сама могила?” – мелькнула мысль. Но, по-видимому, подобные мелочи не волновали прадеда. Подчиняясь захватившему тело в ловушку призраку, начал выпевать странные неведомые до сего дня слова. В них прослеживался непонятный и пугающий ритм. Даже не обладая абсолютным слухом, понимал на уровне инстинкта эту мелодию, которая отдавалась в костях, вибрировала в черепной коробке, заставляя двигаться строго определённым образом. Протянув руку над могильным камнем, я произнёс: “Нож!” Земля зашевелилась, осыпаясь и открывая взгляду провал, который расширялся и углублялся. Оттуда показался какой-то тёмный предмет, выпавший прямо к моим ногам. “Ритуальный кинжал,” – всплыло в голове. Почерневший, покрытый кое-где ржавчиной, но удивительным образом сохранивший остроту. В чём и убедился, взяв его в руки, как было велено. Продолжая завывать песнопения, начал чертить на теле загадочные знаки, наполнявшиеся кровью после окончания рисунка. Затем, возвысив голос, крикнул в окружающую ночную мглу:
– Кровь за кровь! Плоть за плоть! Жизнь за жизнь! Кащей и Морана, взываю к вам! Примите жертву!
Воздух сгустился, дыхание перехватило, горло будто сжали в тисках. И зов был услышан. Они явились. Только что стоял в одиночестве, не считая злобного духа, – и вот уже смотрю в лики тех, кто древнее самой истории, жалкую тень которой пытались воссоздать на страницах учебников.
Сама ткань Мироздания расступилась перед ними. Ибо представшие передо мной были Богами. Неизмеримо могущественные, полные той глубокой силы, которую смертным не осознать и не воспринять до скончания дней. Ибо не дано ему такое знание. Кащей воплотился в облике величественного старца, голову которого увенчивала корона с острыми шипами из пламенеюще-чёрного металла. В глазах отражалась неисчислимая мудрость тысяч и тысяч веков. Облачён в доспехи из того же материала, что и корона. Держался он с царственным достоинством, спокойно взирая на глупцов, дерзнувших вызвать его ради своих мелких целей.
Находившаяся рядом с ним женщина выглядела не менее впечатляюще. Её лицо навсегда врезалось в память после незабываемого сновидения, и теперь, вспоминая тот кошмар, я сознавал с небывалой ясностью, КТО пришёл получить обещанное по заключённому моими предками договору.
Внезапно почувствовал жгучую боль в теле. Таинственные знаки (теперь я знал, что это руны), которыми я себя так опрометчиво разукрашивал, вспыхнули алым пламенем. Будто всё моё существо превратилось в пылающий костёр. Я заорал. Захотелось содрать с себя кожу. снять её как ненужную давно вышедшую из моды одежду. Кащей не пошевелился, созерцая мои мучения с ледяным безмолвием. Зато Морана протянула кубок из привидевшегося ранее ночного кошмара. В нём по-прежнему плескалась тёмно-бордовая жидкость.
– Пей! – приказала она.
Глаза богини расширились, затягивая в чёрный омут, подавляя жалкое сопротивление. Тело плавилось в кипятке, а от предложенного напитка тянуло морозной свежестью. Мысль охладить пылавший во мне вулкан показалась такой манящей… Выпью – и навсегда забуду о боли, страданиях, проблемах… И я подчинился. Кубок проплыл по воздуху и ткнулся в руку. Питьё действительно помогло. Свежесть окутала измученный организм. Жжение прекратилось, боль ушла. Я чувствовал небывалую лёгкость, хотелось летать. И моё желание чудесным образом начало осуществляться. Я действительно полетел. Только не ввысь. Последнее, что я услышал, проваливаясь в чёрный бездонный колодец, разверзшийся под моими ногами, – торжествующе-злобный смех моего чёртового ополоумевшего прадеда.
На земле осталось лежать только безжизненное тело. Но бывшая физическая оболочка уже не имела никакого значения для меня.
Войдите, чтобы оставить комментарий