Мне нужно на кого-нибудь молиться.
Подумайте — степному фазану
Вдруг захотелось в лапки поклониться,
Поверить в очарованность свою.
И с той поры покой его покинул,
Всё показалось будничным ему,
И он тогда придумал героиню
По образу и духу своему.
Он жил всегда надменный и красивый,
Хвостом сверкая в утреннем огне,
Но вдруг он стал и хрупким, и ранимым
Совсем один на южной стороне.
И в тот момент трепещущий и грузный —
Когда закат расплавился в огнях,
Она прошла по кромке кукурузной
Без громких труб и блеска в небесах.
Ни грома не случилось, ни затменья,
Лишь лёгкий шорох тёплого крыла,
И в мире стало тише на мгновенье —
Она по пыльной кромке подошла.
И всё забыв — и гонор свой пернатый,
И важность поз, и яркий свой наряд,
Он замер, гордый, солнечный когда-то,
И стал смешон, растерян и пернат.
И тут запел на все степные дали,
И хвост расправил — пышно, как умел,
Но понял вдруг: не перья украшали —
А то, что он у ног её смирел.
И тени их качались на кургане,
Безмолвный разговор вела трава.
Он был всего лишь радужным фазаном —
Она же — смысл, и воздух, и права.
И с той поры, среди ветров кубанских,
Где пыль дорог и золото полей,
Он понял: быть красивым — маловато,
Красив он только рядом вместе с ней.
Все позабыв — и радости и муки,
Он двери распахнул в свое жилье
И целовал обветренные руки
И старенькие туфельки ее.
И тени их качались на пороге.
Безмолвный разговор они вели,
Красивые и мудрые, как боги,
И глупые, как жители земли
Войдите, чтобы оставить комментарий