«ЖЕСТЯНАЯ КОРОБОЧКА» ( Сказка для взрослых, а возможно и не сказка, а может и не только для взрослых. ) Когда я подрос, родители отселили меня в комнату к бабушке. В маленькой комнате стоял углом фанерный шкаф, крашенный под красное дерево, столик под окном, где не подоконнике расположились горшки с геранью, и большая бабушкина кровать с никелированными шарами, с панцирной сеткой тяжело вздыхавшей ночью, когда бабушка поворачивалась во сне. Мою кровать втиснули в угол между стеной, и спинкой бабушкиной кровати на которой у изголовья висел крест из тёмно-вишнёвого граната. В комнате всегда пахло чабрецом, который бабушка Мотя раскладывала под кроватью вперемешку с бледно-розовыми с голубизной, цветками бессмертника. Но самое интересно, как после оказалось, было под моей кроватью. Как только её установили, бабушка вынула из шкафа чемодан, и объясняя это тем, что некуда вещи складывать , задвинула его под мою кровать. Это был фанерный чемодан голубого цвета, с медной ручкой и крючками на которые он закрывался. Раньше я его не видел, и он сразу привлёк к себе моё пристальное внимание. За то, что я целыми днями вертелся юлой у всех под ногами, меня прозвали «волчком». Каждый месяц, в один и тот же день к нам в дверь стучалась почтальонша. Приходила бабушкина пенсия. Получив её бабушка Мотя отсчитывала несколько металлических кружочков , и шла к моей кровати. А я уже там был. Выдвинув чемодан она открывала его. Внутренняя крышка чемодана была обклеена листами с какими-то надписями, на других листах были нарисованы люди в странных одеждах. Потом я узнал, что это были иконы, и тексты молитв. На аккуратно сложенных чёрных юбках, светлых блузах, платке в горошек, лежал белый узелок, и какая-то исцарапанная с потерявшим часть изображения, жестяная коробочка. Но меня интересовал узелок, который бабушка должна была обязательно развязать. Он был завязан на три узелка, и развязывая его бабушка что-то тихо шептала. И вот он развязан, моему взору открывалась горка серебристых больших кружочков с изображениями. Добавив к этой горке пару рублей, бабушка также шевеля губами тщательно завязывала узелок. Чемодан возвращался на своё место. Для чего бабушка складывала рубли, я узнал только в десятом классе. С каждым приходом почтальонши, меня овладевала мысль о бабушкином узелке. И на конец, я решил украсть один вожделенный кружочек. Дождавшись, когда бабушка пойдёт на базар, с бьющимся сердцем вытащил из-под кровати чемодан, быстро раскрыл его. Белоснежный узелок с несметным богатством манил меня. Трясущимися руками начал развязывать трудно-поддающиеся узелки. Выхватив один, я наспех завязал узелок. В руке у меня лежал тяжёлый рубль с изображением звезды с лучами, он тускло поблескивал. Я был теперь самым богатым человеком, и мог купить всё, что могла представить детская фантазия. Торопливо спрятав своё сокровище под матрас, побежал в кухню, стараясь не смотреть пришедшей бабушке в глаза. Прошёл месяц, пропажу рубля бабушка не обнаружила, и мне уже приходило на ум украсть ещё один. Согрешивши раз, человек попадает в сети порока, который требует повторного поклонения ему. Это было в канун Сочельника. Бабушка с родителями собрались в гости. Я долго отнекивался от похода к родственникам, наконец отец махнув рукой сказал : «Опять выкаблучивается» и меня оставили дома. Когда затворилась за ними дверь, облегчённо вздохнув, на цыпочках, вздрагивая от скрипа половиц, пошёл в бабушкину комнату. Не включая света, трясущимися руками стал тащить из под кровати за медную ручку чемодан. На удивление, он мне показался тяжелее чем раньше. Ещё более удивившись я увидел, что чемодан был, как это было всегда, не закрыт на крючки. Только я дотронулся до крышки голубого чемодана, как она сама начала подниматься. Озноб прошёлся по телу, стало зябко. На ситцевом платке в горошек одиноко лежала только жестяная коробочка, белого узелка не было. Коробочка оказалась тяжёлой. Попытался открыть её, но пальцы скользили по поверхности. Там клад, там наверное много монет. Мне вспомнилось, как бабушка иногда брала в постель коробочку, но что было дальше и не помнил, сон быстро одолевал мною, я засыпал.Пришлось сбегать на кухню за вилкой. Но как только ею притронулся к коробочке, из под крышечки показался свет. Испугавшись быстро положил коробочку на платок, и тут крышечка открылась. Тихо , почти отвесно, падали снежинки кружась опускаясь на огромные ели. На фоне темнеющего леса стояли домики, из труб которых почти вертикально поднимался дым. С горки на салазках катались дети. Присмотревшись я увидел, что снег это вата, деревья и дети, крашенная фанера. Мне захотелось дотронуться до них, но как только я протянул руку, как стало черным-черно. Темень рассеялась, я стоял по колено в снегу, тихо падал лопастый снег, из труб мерно поднимался дым, дети смеясь и крича скатывались с ледяной горки, а ко мне подходила незнакомая девочка. «Здравствуй Волчок, поторопился ты, ещё не время, ну что же пойдём». «Ты кто ?». «Я твоя бабушка Мотя». И тут я заметил висевший у неё на груди гранатовый крест тёмно-вишнёвого цвета. «Ты в моём детстве внучек. Дети всегда хотят быстрее вырасти, считая, что взрослым легче жить, всё дозволено. Но когда в один из дней мы вдруг понимаем, что стали взрослыми как мечтали, и вдруг такая наваливается тоска, и так хочется вернуть всё назад, но дверь в прошлое наглухо заколочена, и остались только ошмётки воспоминаний. Когда уходила в мир иной моя бабушка Секлета, она подозвав меня протянула жестяную коробочку, наказав открыть её тогда, когда я стану сама бабушкой. Ты дорогой мой Волчёк поторопился. Ну что уж, увидишь как жила твоя бабушка. Пойдём к дому, да не бойся, я не стану показывать тебя прабабке, нельзя этого делать. Мама сейчас готовит праздничную кутью. А вон твой дедушка Антон. Вот тот забияка, опять сцепился со своим дружком из-за салазок. Пойдём дальше». И тут всё вокруг преобразилось. Рядом со мной шла уже девушка крепко держа меня за руку, но гранатовый крест по прежнему был на ней. «А тот рубль не возвращай, но больше так не поступай». Она ласково с улыбкой посмотрела на меня зардевшего, слегка сжав мою ладонь в своей. Когда всё ещё раз изменилось,она остановилась. «Не надо тебе видеть наши страдания, войну, там впереди много горя. Этот крест мой, а ты неси свой. Возвращайся, скоро придут родители, и твоя бабушка». И снова я в комнате раскрытый фанерный голубой чемодан. Бережно положив коробочку назад, задвинул его под кровать. В дверь уже стучали, я пошёл открывать. Уже учась в десятом классе, я получил от бабушки эту заветную жестяную коробочку с полустёртым рисунком на крышечке. Сметая всё и всех время пролетело стремительно. Я дедушка, и я теперь могу открывать эту коробочку, чтобы встретиться с теми, которые жили рядом со мной, которые шли рядом , вспоминая плохое и хорошее, забавное, грустное… Это мой «страшный суд». А рубль, вот он лежит за стеклом шкафа, и по прежнему Звезда посылает мне свои лучи. ( Н. Кострубин 2025 )
Войдите, чтобы оставить комментарий