«Сын»

Сын

Вечером Вадим нашёл сына за компьютером. В общем-то, это было нетрудно. Чтобы найти сына, сначала следовало найти компьютер. На экране мелькали строчки, справа было открыто маленькое окно с чем-то движущимся. Сын быстро печатал, останавливался, запускал, морщился и снова печатал.

— Уроки сделал?

— Почти.

Вадим поставил сумку на табурет.

— «Почти» — это что осталось?

— История. И литература.

— А география?

Сын не ответил.

— Понятно.

Вот это «понятно» появлялось у Вадима раньше, чем он успевал что-нибудь понять.

Он прошёл на кухню, открыл контейнер, который забыл помыть на работе, и с ненужной силой поставил его в раковину.

В девятом классе всё шло странно. По информатике сын справлялся с заданиями быстрее остальных. Математику понимал, хотя мог потерять баллы из-за того, что пропустил строчку или не стал дописывать очевидное. С английским тоже было хорошо: читал какие-то инструкции, смотрел ролики без перевода. Остальные предметы существовали в режиме внезапных бедствий.

В электронном дневнике появлялась двойка, потом ещё одна, потом выяснялось, что нужно было сдать работу, о которой сын знал, но забыл, а теперь уже поздно, хотя, возможно, можно договориться.

Вадим слушал эти объяснения и чувствовал, как в нём поднимается знакомое, неприятное.

— Ты же не глупый человек.

— Я знаю.

— Тогда почему?

— Пап, ну я сделаю.

— Когда?

— Сейчас.

Но «сейчас» могло наступить через час. Между обещанием и учебником обязательно находилось что-то ещё: сообщение, короткое видео, мысль, которую нужно немедленно проверить на компьютере.

Вадим видел только, что сын опять отвлёкся.

И раздражался.

***

Он сам удивлялся, сколько у него было терпения к чужим детям. Мог сорок минут записывать одну строчку. Мог объяснить десять раз, почему не надо стучать ногтем по микрофону. Мог спокойно выслушать преподавательницу, уверявшую, что вчера все пели чисто. Дома терпение куда-то девалось. Сын ещё не успевал закончить фразу, а Вадим уже слышал в ней оправдание. Особенно его задевали наушники.

— Я к тебе обращаюсь.

Сын снимал один наушник.

— Я слышу.

— Тогда почему не отвечаешь?

— Я отвечаю.

И они оба начинали говорить громче, хотя находились в двух метрах друг от друга. Потом Вадим уходил на кухню. Сын надевал наушник обратно. Никакой пользы от разговора не было, зато вечер уже считался испорченным.

Иногда Вадим думал, что слишком стар для этих разговоров. Когда сын только пошёл в школу, другие отцы на собрании казались ему мальчишками. Теперь некоторые из них всё ещё играли в футбол, а он выбирал место поближе к выходу, чтобы можно было незаметно распрямить колено.

Сын говорил быстро, перескакивал с одного на другое, употреблял слова, которых Вадим не знал. На просьбу объяснить отвечал:

— Да это долго.

— А я куда-то тороплюсь?

Но спрашивал уже таким голосом, что объяснять действительно не хотелось.

***

В компьютерах сын разбирался хорошо. Не в том смысле, что умел установить игру. Однажды у Вадима перестал открываться старый проект — запись концерта, которую попросили найти к юбилею Дворца культуры. Программа ругалась на отсутствующие файлы. Часть папок была на старом диске, часть неизвестно где. Вадим провозился весь вечер. Сын заглянул через плечо.

— А что там?

— Да вот. Не видит.

— Дай посмотрю.

Он сел, задал несколько вопросов, открыл какие-то окна. Вадим стоял рядом и сначала давал советы. Потом перестал. Минут через сорок из колонок послышался знакомый голос ведущей, затем заиграло вступление.

— Вот. Только этот диск лучше заменить. Он уже странно себя ведёт. Я тебе скопировал пока.

— Как ты нашёл-то?

Сын начал объяснять. Вадим понял не всё, но слушал внимательно. В такие минуты он видел перед собой толкового человека. С ним можно было обсуждать оборудование, спорить, спрашивать совета. А на следующий день этот же человек не мог найти тетрадь по биологии.

— Она же у тебя вчера была!

— Ну была.

— И куда она могла деться?

Сын пожимал плечами. Вадима это пожатие плеч раздражало почти физически.

***

Однажды классная руководительница позвонила среди рабочего дня. Вадим как раз убирал из детской песни слишком громкое дыхание перед припевом.

— Вы понимаете, у него есть способности. Но совершенно нет собранности.

Он понимал. Ему об этом говорили не в первый раз.

— По одним предметам включается, по другим просто отсутствует. А впереди экзамены. Нужно уже определяться.

Вадим записал на обороте концертной программы, что именно не сдано.

История — две работы.

География — сообщение.

Литература — сочинение.

Последнее слово он подчеркнул.

Потом ещё долго смотрел на этот список, хотя там было всего три строчки. Ему было страшно за сына. Только страх почему-то всякий раз выходил наружу сердитым голосом. Хотелось, чтобы сын умел доводить дело до конца. Чтобы не растерял то, что у него получается. Чтобы встретил хороших людей, нашёл работу, мог себя содержать. Чтобы однажды не обнаружил, что все возможности были, а воспользоваться ими не сумел.

Но домой Вадим пришёл и сказал:

— Тебе самому вообще что-нибудь надо?

Сын сразу отвёл глаза.

— Началось.

— Что началось? Мне учительница звонит. Почему я должен всё это узнавать от неё?

— Я собирался сделать.

— Ты всё собираешься!

Сын резко отодвинул клавиатуру.

— А ты всё время орёшь.

Вадим хотел ответить, что вовсе не орёт. Однако услышал собственный голос и замолчал.

На кухне он долго мыл одну кружку. Вода была слишком горячая, но он не сразу заметил.

***

Позже он заглянул к сыну. Тот сидел за столом. Компьютер был включён, рядом лежал учебник истории. На раскрытой странице — телефон. Вадим уже приготовился сказать про телефон, но удержался.

— Я не всё время ору.

Сын посмотрел на него.

— Часто.

Возразить было нечего. Вадим присел на край кровати. Некоторое время оба молчали.

— Я за тебя переживаю, — сказал он наконец.

— Я знаю.

— Нет, наверное, не знаешь.

Сын вздохнул, и Вадим вдруг понял, что опять собирается объяснять ему, что тот на самом деле знает и чувствует. Он потёр ладонями лицо.

— Ладно. Может, знаешь.

За стеной кто-то включил воду. Во дворе сработала автомобильная сигнализация и быстро затихла.

— Покажи, что ты там делал вчера, — попросил Вадим.

— Где?

— На компьютере.

Сын насторожился.

— Зачем?

— Посмотреть.

— Ты же всё равно скажешь, что ерундой занимаюсь.

От этих слов стало стыдно. Не сильно, а буднично: как если бы обнаружил, что давно наступаешь человеку на ногу и ещё недоволен, что он ёрзает.

— Не скажу.

Сын повернулся к монитору. Оказалось, он писал небольшую программу. Она находила одинаковые файлы в разных папках и показывала, какие можно убрать. Пока работала не совсем правильно.

— Вот здесь, если названия разные, она всё равно сравнивает. А тут я ещё не доделал.

Он заговорил быстрее. Стал показывать, запускать, объяснять. Вадим многого не понимал. Но узнавал само выражение лица: человек нашёл задачу, которая его держит. С таким лицом Вадим когда-то сидел с паяльником. Да и теперь иногда сидел.

— У меня на работе этих копий, наверное, полдиска, — сказал он.

— Ну тебе пока рано давать. Она может не то отметить.

— Это правильно, что предупреждаешь.

Сын чуть улыбнулся. Вадим посмотрел на раскрытый учебник.

— А с историей что делать будем?

Улыбка исчезла.

— Сделаю я.

— Давай не всё сразу. Что там первое?

Они выяснили, что одна из двух работ занимала полстраницы. Сын откладывал её уже неделю. Вадим хотел сказать: «И из-за этого весь разговор?» Но не сказал.

— Эту сегодня осилишь?

— Да.

— Хорошо.

Он поднялся не сразу: колено опять напомнило о себе. У двери сын окликнул:

— Пап.

— Что?

— Я правда не специально забываю.

Вадим кивнул.

— Попробуем что-нибудь придумать.

***

Лучше стало не сразу. На другой день сын снова отвлёкся. Через неделю появилась ещё одна плохая отметка. Вадим опять повысил голос — и на этот раз сумел остановиться посреди фразы. Получилось неловко.

— Короче… Давай позже поговорим.

Сын даже вынул оба наушника. Они начали записывать дела на листке у стола. Не двадцать пунктов на всю жизнь, а два-три на вечер. Иногда листок помогал. Иногда лежал под кружкой, и его приходилось искать вместе с тетрадью. Вадим учился не спрашивать про уроки в первую секунду после возвращения домой. Это оказалось неожиданно трудно. У него уже был приготовлен вопрос, уже накапливалось беспокойство за день. Нужно было поставить сумку, помыть руки, поесть и только потом идти разговаривать. Иногда за это время выяснялось, что часть уроков сделана.

***

В субботу они поехали на дачу. Вадим собирался примерять доски для полка, сын — помочь, хотя по дороге спросил, надолго ли они.

— Как получится.

— Ну примерно?

Раньше Вадим ответил бы: «Тебе лишь бы обратно к компьютеру». Теперь сказал:

— Часа на три. Потом посмотрим.

Они занесли инструмент. Вадим достал уровень, рулетку, карандаш. Сын придерживал доску.

— С этой стороны подними. Чуть-чуть. Всё.

Работали молча. Потом сын спросил, зачем оставлять зазор. Вадим объяснил. Потом ещё что-то спросил. Отмерили, отметили, отложили. Вадим присел на складной стульчик. Сын остался стоять рядом с шуруповёртом.

— Дальше что?

— Сейчас передохну.

— Я пока могу просверлить.

Вадим посмотрел на разметку.

— Можешь. Только сначала сверло поменяй. Вот это возьми.

Сын выбрал нужное, проверил, хорошо ли зажато. Поднёс к первой отметке. Вадим уже открыл рот, чтобы подсказать, как держать инструмент, но сын держал правильно. Он промолчал.

Сверло вошло в дерево ровно. Потом ещё раз. Вадим сидел, слушал короткий шум шуруповёрта и смотрел, как сын работает. Хотелось сказать ему что-нибудь хорошее. Не про способности, не про будущее, не с добавлением «вот если бы ты ещё».

— Хорошо получается, — сказал он.

Сын обернулся.

— Ага.

И взял следующую доску.

    12+
    Поделиться

    Похожие по жанру

    Рассказ

    Казни поэтессы

    Замечательному человеку, поэтессе Галине Вейс, испытавшей драматизм всех мыслимыхи немыслимых потерь,"О берег мой печальный,Вдали ты был прекрасным,Но знал ты изначально,Что я живу…
    Vladimir Veis Vladimir Veis 15.11.2026
    2 1
    Рассказ

    Тринадцать лет

    Тринадцать лет — это когда каждое «нельзя» звучит как вызов, а каждое «можно» — как целая вселенная. Ты идёшь по тропинке, и…
    1 1
    Рассказ

    ПОВИТУХА КОРОЛЯ

        Повитуха короля и её тайна из плоти и крови   Гравюры той эпохи лгут. На них роды выглядят благопристойно: встревоженный…
    3 1
    Рассказ

    Разговор про ерунду

       У меня был один товарищ, который просто приходил топить печь с утра. Он работал кочегаром в школе. А у меня было…
    1
    Рассказ

    Прекрасная Роза и Чертов Сорняк-вьюн

    Я расскажу вам небольшую историю.  История о Прекрасной Розе и Чертовом Сорняке-вьюне   Росло в саду множество растений, разнообразие которых могло удивить…
    1
    Рассказ

    История моей большой, но очень грустной любви.

             Я расскажу вам историю моей большой, но очень грустной любви. Познакомились мы с ней на пляже, где же еще…

    Ещё от автора

    Фантастика

    Скафандр

    На впервые открытой планете капитан Сомов первым делом воткнул флаг. Флаг немедленно выдернулся, отряхнул древко и отошёл в сторону. — Здесь занято,…
    1 1
    Рассказ

    Звукач

    По утрам Вадим открывал кабинет, включал свет и говорил: — Ну что, работаем? Кому именно — пульту, старым мониторам или самому себе,…
    1

    Войдите, чтобы оставить комментарий

    Войти

    Зарегистрироваться

    Сбросить пароль

    Пожалуйста, введите ваше имя пользователя или эл. адрес, вы получите письмо со ссылкой для сброса пароля.

    Поддержать Смыслы