Дождь за окном отбивал по стеклу неровный, нервный ритм. Антон с тоской посмотрел на серое небо, а затем перевёл взгляд на часы. Съёмки выпуска затягивались, и все уже разошлись по домам, оставив после себя лишь запах остывшего кофе и гудящую тишину студии. Он уже собирался выключить свет, когда дверь приоткрылась, и в проёме показалась знакомая фигура.
— Я так и знал, что ты здесь, — голос Арсения прозвучал глухо, но в нём слышалась улыбка. Он стряхивал капли с капюшона толстовки. — Все разбежались, а ты, как всегда, последний. Забыл ключи?
Антон лишь молча покачал головой, не в силах отвести взгляд. В полумраке студии, освещённой лишь тусклой настольной лампой, Арсений казался каким-то нереальным. Вода стекала по его скулам, капли блестели на ресницах. Он подошёл ближе, оставляя на полу мокрые следы, и небрежно бросил мокрую толстовку на спинку кресла.
— Замёрз? — тихо спросил Антон, и сам удивился тому, как хрипло прозвучал его голос.
Арсений остановился в полушаге. В воздухе повисло напряжение, густое и осязаемое, как туман. Он не ответил. Вместо этого он медленно поднял руку и коснулся кончиками пальцев щеки Антона. Прикосновение было ледяным от дождя, но обжигало сильнее огня.
— Я… — начал было Антон, но слова застряли в горле.
Арсений наклонился ещё ближе, его дыхание смешалось с запахом озона и улицы. Их взгляды встретились всего на секунду, а затем мир для Антона сузился до ощущения тёплых губ на своих. Это был не просто поцелуй — это было признание во всём том, что они так долго прятали за шутками и саркастичными взглядами в камеру. И в этот момент шум дождя за окном стал самой прекрасной музыкой на свете.
Войдите, чтобы оставить комментарий