«Остров Чудес»

Это был 2469 год.Лондон.

Ты сидел на стуле и смотрел в окно.

Как летают лафинаты 3000.(Машины)

После этой мысли я загрустил, взгляд невольно скользнул,Билл смотрел на часы которые были на стене — отсчитывая секунды, будто напоминая, как быстро течёт время.

И тут тебя позвал твой друг Джеймс — он как раз зашёл в комнату, неся в руках две кружки дымящегося чаядория

— Билл? Что грустишь? — с искренним беспокойством в голосе спросил Джеймс, поставив кружки на стол. Его светлые волосы слегка растрепались, а глаза внимательно вглядывались в твоё лицо.

— Не знаю… Хочется сделать машину времени, — тихо ответил Билл, переводя взгляд на друга. — Чтобы можно было переноситься в будущее или в прошлое… Представляешь? Заглянуть, что там, за горизонтом лет? Или вернуться и что‑то исправить…

Джеймс присел рядом, задумчиво помешал чаядорий ложкой, а потом неожиданно улыбнулся:

— А если подумать, у нас уже есть своя машина времени, — сказал он.

Билл удивлённо поднял брови:

— В смысле? Какая ещё машина?

— Воспоминания и мечты, — пояснил Джеймс. — Когда мы вспоминаем прошлое — мысленно там оказываемся. А когда мечтаем — переносимся в будущее.

Да,но хочется ведь что бы нас правда,перенесло,

но это скорее всего не возможно…

Да ладно,пей чаядорий

остыл уже.Сказал Джеймс.

Часы тикали,и в окно бился лафинат3000.

 — его металлические щупальца оставляли на стекле тонкие серебристые царапины.

— Вот и ужин привезли, — сказал Джеймс, кивнув на парящую возле двери коробку с голографической надписью «Доставка №42».

Мы взяли нашу еду и упали на прозрачный диван, который мягко подстроился под формы наших тел. Включили наш телевизор — на экране замелькали новости про очередной сбой в работе межгалактического интернета и открытие нового аттракциона на Луне. После мы уснули.

Ночью мы проснулись от странных звуков — будто к нам опять прилетели с Марса: за окном раздавался низкий гул, а стёкла дрожали от вибрации. — и передо мной открылась наша дверь в ванну, хотя я точно помнил, что закрывал её на ночь. В ней был портал, сине‑голубой, с краями, мерцающими, как северное сияние.

Я крикнул Джеймсу:

— Джеймс! Джеймс! Портал! Портал! Он меня засасывает! А‑а‑а‑а, Джеймс!!!

— Билл?! — возбуждённо сказал Джеймс. Его глаза загорелись азартом, а чашка с остатками «Чаядория» со звоном упала на пол.

Джеймс встал и побежал в ванну. Он увидел портал, который меня уже засосал — моё тело наполовину исчезло в вихре голубых искр. Без раздумий Джеймс тоже прыгнул в него. Нас куда‑то несло — сквозь пространство, усыпанное звёздами, мимо старинных объектов и каких-то древних земель и существ.И тут мы приземлились.

Упав в океан, Билл задыхался, но в то же время откашливался от воды.

— Джеймс! — крикнул я.

— Здесь! — отозвался Джеймс, выныривая неподалёку и отфыркиваясь.

— Билл, хватайся за эту бочку! — крикнул Джеймс, подталкивая ветхую деревянную бочку к другу.

— Держусь! — сказал я, вцепившись в рассохшиеся доски так, что пальцы побелели.

Бочка была старая, гниловатая — местами древесина прогнила насквозь, и сквозь дыры сочилась вода. Она едва держала нас на плаву, кренилась то в одну, то в другую сторону, будто вот‑вот развалится на части.

Еле‑как мы доплыли до берега. Волны то подталкивали нас вперёд, то отбрасывали назад, словно не желая отпускать.

Наконец ноги коснулись дна. Мы, задыхаясь и кашляя, выбрались на песчаный берег и рухнули без сил. Билл лежал на спине, тяжело дыша и глядя в хмурое небо. Джеймс, отжимая промокшую рубашку, хрипло рассмеялся:

— Ну и денёк… Зато живы.

Я перевернулся на бок, посмотрел на разбитую бочку, которую море всё ещё пыталось утащить обратно, и выдохнул:

— Да, живы. И это главное.