В прохладе лесной сонно шепчутся листья.
Брусники рубиновой горстку несу.
Охотничий рог, проревев за версту,
Одышкою гончих в траве растворился.
И близится гомон и смех кавалькады,
Стремительным вихрем коварных господ
И взбалмошных дам. Кружева, гривы, пот
Взвились и смешались с презрением взглядов,
Да сгинули прочь, обронив в жаркой спешке
Медовый кинжал, словно в дар за насмешки.
Брусника рубинов на ножнах горит.
Уже не вернуть драгоценной утраты.
Забрать, воровством осквернившись треклятым?
Оставить? Краснеет от горечи миг.
Войдите, чтобы оставить комментарий