“Мы не виновны в краже” — каждый уверял.
Их лица таяли сургучными свечами…
Мне даже было по-отечески их жаль
За эту ложь. Палач верней друзей в печали
Мне стал, за государя руки обагрив,
Да вы, внимая, с грустью головы склоняли.
Кто знал, что здесь: под сенью неопрятных ив,
Я обрету покой, с павлинами толкуя?
Так клонит в сон, что кажется, едва прикрыв
Огрузнувшие веки, рея и ликуя,
Нагие нимфы увлекут меня в свой град,
Где, не страшась отравы, господа пируют,
Где всяк, при встрече, словно мать младенцу рад,
Не зная о притворстве и других пороках.
Я многое отдал бы за такой уклад.
И пусть меня прозвали, точно вас, стооким,
В руке неотвратимой поздно я признал
Кинжал медовый, мной утраченный неловко.
“Мы не виновны в краже” — каждый не солгал.
Войдите, чтобы оставить комментарий