Когда ложится на город туман,
И гаснет шум дневной возни,
Я достаю из внутренних карманов Свои давно просроченные дни.
Они шуршат, как старые газеты,
Храня тепло чужих забытых рук.
В них нет ни окончательного ответа,
Ни горечи непережитых мук.
Лишь свет окна в заснеженном квартале,
Где чай остыл на краешке стола,
И мы с тобой о вечном помечтали,
Пока зима дороги замела.
Пусть календарь безжалостно уносит Числа и лица в пеструю версту.
Меня никто об этом не попросит,
Но я за всё тебя благодарю.
Войдите, чтобы оставить комментарий