Пустеет зал. С собой наедине
Спадает боль былого напряженья,
И медленно в повисшей тишине
Все заполняет дым опустошенья.
Он как туман, как призрачный навет,
Что из глубин забвенья всплыл упрямо
Под меркнущий софитов тусклый свет
Над темной бездной оркестровой ямы.
В тени эпох и сыгранных ролей
Послушно жизнь чужую проживая,
Он память превратил в музей,
Что лунными ночами оживает.
Он наполняет образами дом,
Испив судеб напиток бередящий,
Чтоб никогда не пожалеть о том,
Что мир его, как сон, не настоящий.
И жизнь его – извечный бенефис,
Что сцены напряженных кульминаций
Предвосхищает запахом кулис,
Впитавших пыль восторженных оваций.
И в завершенье – выходы на бис –
Как гладиатора уход с арены.
Что наша жизнь? Седеющий артист,
Живущий ролью на подмостках сцены.
Он испытает бремя многих пьес,
Горя огнем неистовым на сцене,
Чтоб на своей судьбе поставить крест
И жизнь свою принесть в дар Мельпомене…
14.09.26.

Войдите, чтобы оставить комментарий