«Дума Марфа Посадница» — стихотворение Александр Пушкин

Фрагмент IБыла уж полночь. Бранный шум
Затих на стогнах Новограда,
И Марфы беспокойный ум —
Свободы тщетная ограда —
Вкушал покой от мрачных дум.В полях сверкали огоньки,
Расположась обширным станом
Близ озера и вдоль реки,
Вдали чернели за туманом
10 Царя отважного полки.Все было в непробудном сне;
Лишь ратники сторожевые
Перекликались на стене,
И Волхов в берега крутые
Плескал волною в тишине.[И долго длилась тишина,
Заря на небе зажигалась,
И вся окрестная страна,
И вся природа пробуждалась,
20 Покоя сладкого полна.]Покой и мрак среди домов…
Вдруг с Ярославова Дворища
Звои вечевых колоколов —
И грянул, бросив пепелища,
Народ со всех Пяти Концов {1}.Фрагмент IIПростите вы, поля, долины, реки! {2}
С волнением растерзанной души
Я с вами днесь прощаюся навеки:
Мне суждено окончить дни в глуши.Твои, о Новгород! разрушены твердыни,
Перед царем легли в<о> прах
Окрестности превращены в пустыни
И Марфа гордая в цепях! Не ездили из Новгорода в степи
10 Мы на поклон в презренную Орду,
Мы на себя не налагали цепи
И. . . . . . . . . . . . . . . . .[Все кончено: разрушилося Вече][Решилось все в кровавой сече;][Как гордый дуб в час грозной непогоды, ][Покорены свободные народы]И вече в прах, и древние права,
И гордую защитницу свободы
В цепях увидела Москва.20 [Решать дела привыкли мы на] Вече,
Нам не пример покорная Москва.
За мной, друзья! умрем в кровавой сече
Иль отстоим священные права.
Нам от беды не откупиться златом.
Мы не рабы: мы мир приобретем,
Как люди вольные, своим булатом
И купим дружество копьем.Все отнял рок жестокий и суровый:
Отечество, свободу, сыновей.
30 И вместо них мне дал одни оковы
И вечный мрак тюрьмы моейСвершила я свое предназначенье;
Что мило мне, чем в свете я жила:
Детей, свободу и свое именье —
Все родине я в жертву принесла.[Душа моя тверда, как дуб нагорный,
Напрасно бедствия сразить ее хотят.
Вотще ревет и вихрь и ветр упорный]. . . . . . . . . . . . . . . . . .
40 Кто чести друг, кто друг прямой народа… Что сталось с ней — народное преданье
В унылой робости молчит.
С Посадницей исчезнула свобода,
И Новгород в развалинах лежит.[1]