Классика

Поэт ли тот,
кто с первых дней созданья
Зерно небес в душе своей открыл,
И как залог верховного призванья

В постройках изощрясь градской архитектуры,
Наш зодчий захотел девицам строить cour’ы.
Но верен все-таки остался наш Протей
Строительной профессии своей:

Город бедный!
Город скушный!
Проза жизни и души!
Как томительно,

Гостиных лев,
герой приятельских пирушек,
Наш Дон Жуан девиц всех свел с ума.
Того и жди начнется кутерьма

Двум тощим выходцам наш город-худотел
Права почетного гражданства предоставил.
И сам от этого не больно потолстел,
И новым гражданам он жиру не прибавил.

Друзья!
Оставьте утешенья,
Я горд,
я не нуждаюсь в них.

Прелестно небо голубое,
Из вод истканное творцом.
Пространным,
блещущим шатром

Исполняя обещанье,
Вашим данное друзьям,
Посылаю к вам собранье
Небогатых эпиграмм.

Други,
други!
Не корите
Вы укорами меня!

За горами,
за лесами,
За широкими морями,
Не на небе — на земле