Дубыня и остальные герои начали выходить из зала — по одному, кроме голема и Эми, которые шли рядом и обсуждали свои прежние жизни.
Дубыня вышел из дворца с головой, полной дум. В ней не умещалось столько мыслей, как ни толкай их внутрь. Имена, новая «должность», этот странный парень… Почему Вайден при встрече сказал, что он именно из далёкого будущего Дубыни? Так много вопросов — и так мало ответов.
Домой он пришёл поздно. Рубаха, порты и лапти заняли своё место на полках. Их сменила вечерняя одежда.
Три ломтя хлеба и до боли родной настой уже были уничтожены Дубыней. После предсонной трапезы предстояла традиция героя: перед сном он выглядывал в окно — но не куда попало, а в чужое окно.
Напротив его домишки жила семья из пяти мужиков и одной девушки. Она была возлюбленной Дубыни. Спать он не мог, пока хоть взглядом с ней не пересечётся. А она, когда видела Дубыню в окне, мягко улыбалась в ответ. Он верил, что не безразличен ей — и эта вера была его опорой в дневной рутине и трудной жизни.
Остальные герои не покинули дворца: князю пришлось выделить «гостям» по комнате во дворце. Всё же жить им было негде, а во дворце нашлись свободные покои.
И так началась новая жизнь Дубыни: с утра Вайден приходил к его дому и ждал его. После их встречи они шли во дворец, где вся команда что‑то обсуждала. Но пока на Руси всё было тихо — разговоры тянулись долго, непринуждённо… Жаль, что Дубыня с трудом мог их поддержать: его робость и немногословность мешали вставить свою лепту. Но ему было приятно среди людей не чувствовать себя лишним.
В один день, а именно в 2X‑м числе апреля, Вайден в испуганном виде пришёл к Дубыне — раньше, чем полагалось. Что‑то произошло.
Вайден отдышался, набрал в грудь воздуха и начал свою речь:
— Ой… Батюшки! Думал, портал придётся создавать. Фух. Бежать нам во дворец надо. Я нашёл то, что может быть нам очень важно — всем. Всей Руси. И надо спешить!
Дубыня сначала не понял, о чём идёт речь, но, услышав вторую половину фразы, коротко кивнул и пошёл следом за Вайденом. Небо хмурилось, затянутое грозовыми тучами, словно что‑то свыше заинтересовалось словами Вайдена.
Вороны каркнули в унисон с первыми шагами героев и разлетелись в стороны.
Вайден оглянулся на этих птиц. У него было предчувствие чего‑то недоброго. Но сейчас важнее было другое: собрать всех и рассказать им нечто крайне важное.
Войдите, чтобы оставить комментарий