Он был сегодня в новом фраке, белом.
Из дум своих привычных выпадая,
Почти не видя вдаль, он то и дело
Ходил вокруг, по кругу и по краю.
Он торопился, глупо ошибался,
Превозмогал знакомое волненье.
И мир вокруг, по-прежнему, казался
Потусторонних сил благословеньем.
По встречным лицам, улицам, машинам
Текла река предчувствий, ожиданья
Больших путей, проложенных к вершинам,
И было то за гранью пониманья.
Чтоб с нею быть однажды, бесконечно,
Душа молве противиться желала.
Он долго прятал брачное колечко,
Чтоб ничего о нём она не знала.
Но почему-то именно сегодня
Её лицо в сознанье ускользало,
Как в полусне представилось невольно
Всё, отчего душа давно устала.
Внезапный лязг железа, скрежет грубый,
Всё завертелось в бешенном угаре.
Металла вкус и в кровь разбиты губы,
И болью грудь пронзило от удара.
Померкший свет в глазах… Дороги нету.
И только плачут где-то в отдаленьи.
Возникли скоро в сумраке просветы,
И приоткрылись окна откровений.
Он в людном храме, ровно в полумраке,
Всё атмосферой дышит ожиданья,
С букетом роз и в том же новом фраке,
Своей невесты видит очертанья.
Под самым сводом, схваченная тьмою,
Ладонь раскрыта ангела в сиянье.
И будто чьё-то пенье неземное
Звучит всему земному в оправданье.
Кадит священник, движется по кругу,
Ведёт обряд и сдержанно, и строго.
Сгорают свечи медленно, покуда
По ним катиться могут слёзы Бога.
“Согласен ли?” – Без толики сомненья,
Он прежде много раз уже промолвил,
От всех раздумий, сердцу в утешенье –
“Согласен…” – доброй волею исполнен.
“Согласна ли?” – услышала невеста.-
“Ты доверяла Богу не напрасно…”-
Она шепнула – “Робости не место,-
Люблю его…” – Послышалось – “Согласна…”
“Господь любовь твою благословляет,
За мужем, как за каменной стеною…
Он за тебя пред Богом отвечает.
Вас объявляю мужем и женою!”
Но в череде внезапных озарений,
Вдруг от лампадок видимые блики
Переменились в несколько мгновений,
И исказились праведные лики.
Из ниоткуда танго зазвучало,
Мгновенно стали запахи острее.
Сходя с ума, смеясь, толпа кричала:
“Ну что же ты?!.. Целуй жену скорее!”
Зловещим хором эхо разлеталось,
Несносным визгом, лязганьем металла.
Кружилось всё в глазах и расплывалось,
И десять роз рука его сжимала.
Не отвернуть лица, не заслониться.
Из-под вуали череп, стиснув зубы,
Свои уставил чёрные глазницы,
И прозвучал, как скрежет, голос грубый:
“В тебе моя невидимая сила!
На мне твой саван, кровь и маска муки!
Ты поспешил… Но я опередила.
Я — смерть твоя, и мы теперь супруги!”

Войдите, чтобы оставить комментарий