Сырой асфальт, промокшая листва.
Дрожит рассвет в оконной мокрой раме.
В осеннем воздухе, лишённом волшебства,
Пробился птичий разговор дворами.
Стрекочет сойка, сидя на сосне,
Сорока-белобока вторит звонко,
Что в доме, в третьем с краю, на окне
Хозяйка корм забыла для котёнка.
В ответ ей — бас нахохленных ворон,
С карнизов старой, блочной новостройки:
«К зиме! К морозам! — каркает ворона, —
Сдувайте с перьев иней злой и стойкий!»
А у подъезда, в ворохе листвы,
Где пахнет гарью, сыростью и мхами,
Воробушки, беспечны и просты,
Галдят о том, что крошки под ногами.
И только дятел, городской чудак,
Серьёзный плотник в рыжей каске-птице,
Не слушает их бестолковый гам,
По мёртвым веткам стонет и стучится.
Он выбивает дробью: «Тук-тук-тук», —
Осенний метроном, рабочий, строгий.
Смывая лета суету и звук,
Он пишет вехи на лесной дороге.


Войдите, чтобы оставить комментарий