Я не взойду на небо Серафимом,
Мне не сгорать в агатовом огне.
Я стану воздухом твоим, обречённым ртутным дымом,
Слепым бликом на холодном полотне.
Растечешься синим ядом в хрупком кубке,
Свежей кислотой на черном дне.
Я сопровожу тебя в любом твоем поступке.
О твоей смерти известно станет только мне.
Я б провела тебя сквозь последние года и возможные потери,
Твой незримый страж, казалось бы, не спящий никогда.
Тебе открыта дверь в мои грядущие метели,
Где я под бредом и веденьем, твоя бессердечная беда.
Твои глаза красивы, два маленьких сапфира,
Из терновой нити на моих больных перстах.
Я буду писать тебе более пустые, душевные письма,
Закатывая рукава до предплечий, в цепях.
И лишь ты, живым, не ведая причины,
Почувствуешь как внезапно воздух загустел.
Моя душа, не взявшая твоей вершины
Пишет под оковой за твоим столом, переступая свой предел


Войдите, чтобы оставить комментарий