Спросонья луна заплутала на взгорке
и немощью бледной ползет на закат…
Засунул за пазуху пачку махорки
и следом за нею побрел наугад.
Туда, где красильный туманится берег
в белесом цвету каолиновых глин.
Где медом исходит сиреневый вереск
на желтых ладонях песочных долин.
Но сладким виденьям, похоже, не сбыться-
здесь все изгорчилось полынью-травой.
И берег чужой, и луна-небылица,
и я , словно лунь, в паутине седой.
Крутить самокрутки, похоже, осталось,
и шить свой последний табачный кисет…
Горчит как махорка безлунная старость
в полынных долинах растраченных лет.
Войдите, чтобы оставить комментарий