«Лживый обман и он совершил»

​«Лживый обман и он совершил»

— пример современной баллады в форме верлибра (или поэтической притчи).

Двадцать лет безответно небеса он любил,

Без особой причины о многом молил.

Просил он о золоте, меди и дубайской даме в прибавок.

Целуя сырую землю и нежно держа в руке крест,

Крест тот не божий — готический он.

Разгневал он Бога уже трижды без слова.

«О боже!» — воскликнул епископ, увидев чернолюдина

С крестом не тем, молящим в землю о всяком грехе.

Чернолюдин встал так хило,

Но, повидав епископа рожу,

Упал на колени от невзгода.

Епископ подошел, пощечину врезал,

Хлыстом он вдарил человеку по руками.

«Ишь ты! Чернолюдин и грязь ты грешная!

Как смеешь ты о даме просить!

Как смеешь ты о грехе молить!»

И с резкого удара хлыстом для коня

Он попал точно в шею ему.

Чернолюдин закричал, крест его резко упал…

Оставалось ему ждать,

Пока епископ за еретика примет,

Пока крест готический он отберет,

Пока епископ и его убьет.

Епископ попятился назад от него,

При этом ногою пнув под ребро.

Он улыбнулся как грешный подонок,

Епископ — та грешная тварь и сама,

Что людей бьет без суда.

Он убивал уж сотни раз подряд,

Не чуя чужой невинный взгляд.

Он резко остановился, услышав голос священника Сергея,

Попятился назад от чернолюда он вдруг,

Упав в грязный и малый пруд.

Крест с шеи его слетел,

Одежда порвалась о ветку,

Обнажив священнику грудь

С татуировкой де-мо-на.

Епископ резко дернулся, но уже было поздно.

Священник пошел в церковь по милости,

Позвав всех, кто был поблизости.

Епископа казнили как еретика,

А чернолюдина — как судимого.

И Бог ничего не видал и не слышал.

Он вас не видит, не слышит, не понимает.

Люди глупы и зависимы,

Хоть камню взмолиться бы им.

Еще десять лет вперед.

Идет длинный и печальный год.

Иероним — прекрасный служитель, и вот он иерей.

Ниже епископа, но всеми любим.

Таинство он совершил без оглядки,

Но, прослыхав о злом том грехе,

Рассказал всем и совершил он обман.

Иероним повешен людьми,

Как будто лживый обман он совершил!

Иерея больше нет, никем он не любим,

И никому он не годен.

Больше не нужен он церкви как служитель,

Больше не будет о нем и речей.

Его душа потекла на небеса или в ад, прямо как ручей.

Больше мы не увидим его, был его голос ласков и добр,

Но затих он уже навсегда, не будет он злой и не будет он добр.

Пастух ему таинство совершил,

Он о всей своей жизни поведал,

Как убивал он людей, ненавидел он бога…

Но изменила его же вера, что поздне стала слепой.

Лживый обман совершил и пастух,

Веру он не обретал, никого не вспоминал:

Сорок лет пахал он на поле, не веруя в бога, не веруя в мир.

Тринадцать лет он людей убивал,

А поздней и богохульство совершал..

Но лживый обман не вскроется никак,

Так уготовил его творец.

И небо, блестя неземными красками,

Прячёт концы в синий венец.