«Слеза святая»

Лампады свет дрожит под сводом низким,
Сгустился сумрак в старом серебре.
Разлуки, боль и рок победы близкий,
Сплелись узлом, на утренней заре.

Склонилась мать, и вечности дыханье,
Коснулось тихих, выцветших углов,
Где в горьком и покорном покаянье,
Рождался стон из выстраданных снов.

Шептали губы, всем святым моленье,
И в тесноте бревенчатых углов,
Являлось ей великое виденье,
Сквозь пелену молитвенных псалмов.

Там, где закат над гарью пахнет тленом,
Где степь легла под грохот канонад,
На полотне, измятом и кровавом,
Сынок её родной, погибший там.

Сыновний взор, вобравший бездну сини,
Застыл в тени разорванных знамён,
И в горьком ковыле, и в вечной стыни,
Умолк войны тяжёлый перезвон.

Как лепестки растерзанной гвоздики,
На сердце кровь горячая алеет,
А взор его – глубокий и безликий,
Победный стяг у ног своих лелеет.

Струится жемчуг по морщинам строгим,
Роняя капли в бездну темноты.
Пусты теперь житейские дороги,
И сожжены заветные мосты.

Слеза святая – дар последней чести,
Надежды пепел в ледяной ночи…
Лишь лик святой в немом, сакральном жесте,
Дрожит в огне мерцающей свечи…