Я снова на сцене, под куполом цирка,
Смеюсь так громко, играю с тобой.
Но я замечаю, как мЕчется искра
За этой фарфоровой, белой стеной.
Я прячу себя за заученной ролью,
Боюсь, что мир разобьёт мою суть.
Но я же люблю тебя вместе с той болью
Что я за кулисами прячу внутри
Я Арлекин, запертый в яркой маске!
Ты просишь: «Сбрось эту фальшь, дыши!»
Но я боюсь, что, сорвав все маски,
Ты не полюбишь лицо души…
Разбит фарфор, обнажились раны,
И под улыбкой — живая слеза.
Я сброшу маску! Без лжи и обмана
И ты посмотришь в мои глаза.
Ты думаешь, мир без грима бесцветен?
Что стану обычным, потеряю свой свет?
Но мой настоящий огонь так заметен,
Во мне есть тепло, какОго в маске и нет.
Моё настоящее «Я» — это сила,
Оно совершенней, чем выдуманный шут.
Ты каждую трещину во мне полюбила,
Пока другие лишь зрелища ждут.
Я Арлекин, запертый в яркой маске!
Ты просишь: «Сбрось эту фальшь, дыши!»
Но я боюсь, что, сорвав все маски,
Ты не полюбишь лицо души…
Разбит фарфор, обнажились раны,
И под улыбкой — живая слеза.
Я сброшу маску! Без лжи и обмана
И ты посмотришь в мои глаза.
А если я ломкий, а если нелепый?
Ты тихо твердишь: «Ты — самый родной, самый редкий».
Мой образ плывёт, словно дым над холодной рекой,
Но я возвращаюсь к себе — наконец-то живой.
Давай разорвём эту сеть из пустых декораций,
Смотри — я без масок, открыт, без притворных гримас.
Я больше не прячусь, не жду ни упрёков, ни фраз,
Ведь ты полюбила не фасад — а свет из глаз.
Я Арлекин, запертый в яркой маске!
Ты просишь: «Сбрось эту фальшь, дыши!»
Но я боюсь, что, сорвав все маски,
Ты не полюбишь лицо души…
Разбит фарфор, обнажились раны,
И под улыбкой — живая слеза.
Я сброшу маску! Без лжи и обмана
И ты посмотришь в мои глаза.


Войдите, чтобы оставить комментарий